Книга Элемента. М, страница 188 – Елена Лабрус

— Так! Не уходи от ответа! – перебила его Ева.

— А что сразу «косой»! – возмутился Арсений, - Это она начала!

И он ткнул в сторону Изабеллы указательным пальцем.

— Изабелла!? – требовательно обратилась к ней Ева.

— Я не уверена получиться ли у меня объяснить, - замялась девушка, - Может ты?

Она умоляюще посмотрела на Арсения.

— Давай, давай сама! – подтолкнул ее плечом Арсений.

— Смотри, если, например, ты решила покончить жизнь самоубийством и повесилась, оставив записку, - начала Изабелла.

— Отличное начало, жизнеутверждающее, как раз то, что мне сейчас нужно, - улыбнулась Ева, - но продолжай!

— Я могу вернуться в твое прошлое и отговорить тебя вешаться, но только до того момента, пока тебя обнаружат, - сказала Изабелла.

— Даже если я уже повесилась и умерла? - уточнила Ева, - Я правильно понимаю?

— Правильно. И это на самом деле очень неудачный пример, - сокрушенно покачала головой Изабелла, - потому что есть еще одно «но». Нельзя вернуться во вчера. Минимум через полный оборот Луны вокруг Земли, то есть почти через месяц.

— Серьёзно? – расстроилась Ева даже больше, чем Изабелла, - Только через месяц? Когда уже практически ничего нельзя изменить?

— Да, я же говорю – пример неудачный. Конечно, через месяц после того как кто-то умрёт, нет никакой надежды это изменить. Но давай уже я попробую пояснить на своем неудачном примере дальше.

— На самом деле надежда есть всегда, - убежденно сказала Ева, - И первый раз я понимаю, о чём ты говоришь.

— Ты даже возражаешь, - улыбнулся Арсений.

— Сама себе удивляюсь, - улыбнулась ему в ответ Ева, и снова обратилась к Изабелле, - Так что там с моим повешением?

— Теоретически где-то на третий день-пятый день, например, в петле из галстука и на крюке для люстры тебя обнаружит милиция, которую вызовут соседи. А значит извини, всё, уже я сделать ничего не смогу.

— Перспективненько, - сказала Ева, - Хорошо, что у меня нет ни одного галстука.

— Да! А если никто не обратит внимание на то, на чём ты повесилась, то у меня есть возможность предложить тебе вместо галстука веревку или капроновый чулок, - продолжила свою мысль Изабелла, - а вместо крюка для люстры открытую форточку. И это все что в этой ячейке я могу изменить.

— И то маловероятно, - сказала Ева, - так как в протоколе обязательно укажут обстоятельства происшествия, и галстук и крюк опишут.

— Это да! И так как у тебя есть друзья, родственники и соседи, которые придут на твои похороны, и твое тело в гробу прочно зафиксируется в памяти многих людей и надолго, то в данном случае не я, не кто-либо другой уже никак не сможет изменить твою смерть на жизнь.

— Печальненько, - вздохнула Ева.

— Теперь представим, что решила ты повеситься где-нибудь в глухой сторожке в дремучем лесу, - продолжила Изабелла под гримасы явно забавляющегося всем этим Арсения, - Чтобы у меня был в запасе целый оборот Луны.

— Да, задолбала меня эта жизнь с бурыми медведями по соседству, - сказала Ева.

— Определенно задолбала! Висишь ты день, два, на третий день медведи, привлеченные характерным запахом, найдут способ вломиться и растащат твои останки по всей округе. И не останется от тебя следов. Тебя, конечно, будут потом искать, но время сотрет следы, и будет непонятно жива ты или мертва. Ушла ты и не вернулась, или случилось что с тобой в сторожке.