Книга Элемента. L, страница 185 – Елена Лабрус

— Господи помилуй! - сказала потрясенная продавщица, - Так туда пешком далековато будет, машина нужна.

— Ну, значит, я за машиной, - сказал он, - А где почтальонка живет знаешь?

Он посмотрел на девочку.

— Теть Нина почтальонка? - уточнила она.

— Да одна у нас почтальонка, одна, - подсказала ей продавщица.

— Теть Нина знаю где живет. Как раз возле почты. А почта как раз возле больницы, - и она понимающе посмотрела на Дэна.

— Покажешь? - на всякий случай спросил он.

— Конечно! - и она стремглав бросилась к выходу.

— Настя! - закричала ей вслед продавщица, - Хлеб!

— Ой! – она вернулась, схватила оставшуюся на прилавке булку и выскочила на мороз.

— Спасибо! - сказал Дэн, укоризненно покачавшей головой работнице торговли, и тоже вышел.

Девчонка была не особо разговорчивой. Толи стеснялась, толи от природы была молчуньей, но Дэн был ей за это благодарен. Вцепившись в руль непривычной для него тяжело управляемой старой машины, он со всех сил старался ехать ровнее, но по убитым поселковым дорогам, даже присыпанных снегом, это у него получалось плохо. Девчонка молчала, стойко вцепившись с сиденье. На все объяснения почтальонки, которая сама поехать не могла, Настя кивала головой. Дэн же просто не понимал, что все эти их названия значат: Старые качели, Лесничество, Ефимов дом. Когда он в пятый раз переспросил, девчонка сказала, что может показать дорогу, и он согласился.

— Здесь туда, - показала она рукой, - Вот этот столб с железным колесом наверху и есть старые качели.

Дэн, разинув рот, уставился на заснеженную поляну. Кто бы мог подумать!

— Летом к этому колесу привязывали веревки с петлей на конце. Разбегаешься, отталкиваешься и летишь вокруг столба, сидя в петле, - пояснила она как смогла.

— Так это значит, скорее карусель, а не качели, - ответил Дэн.

— Ну, здесь и обычные качели раньше были, только погнило со временем все, вот только этот столб и остался.

— Ясно, - кивнул он головой, - А Лесничество?

— Это просто. Вон видите, плакаты висят "Не шути с огнем" и про спички?

Перечеркнутый красным крестом коробок спичек Дэн и, правда, видел. Это нарисованное предупреждение с облупившейся от старости краской висело на доме без окон и дверей, огороженном завалившимся забором.

— Это Лесничество. Бывшее, - пояснила девочка, увидев его выпученные глаза, и хихикнула. Первый раз за все время.

— А Ефимов дом, предвосхитила она его вопрос, - это самый крайний дом в деревне. Там раньше семья многодетная жила. И чем больше детей у них рождалось, тем все больше и больше они расстраивали дом. Да вы сейчас сами увидите. А Ефимовы - это их фамилия была.

И через какое-то время по левую руку от Дэна действительно появилось безобразное строение, произвольно раскинувшееся на небольшом холме, отвоевав своими сараями, сараишками и совсем крошечными сараюшками приличный кусок у начинавшегося сразу за ними леса.

Дальше сворачивать было некуда, и дорога шла аккуратно вдоль железнодорожного полотна, потом повернула в поля. И когда Дэн, собираясь побыстрее проехать все эти бывшие совхозные угодья, поддал газу, девчонка как раз и крикнула:

— Стойте! Стойте! Вот эти бараки!

И чуть не разбила себе голову о панель, так как Дэн затормозил резковато.

— Ударилась? - он бросился рассматривать ее лоб, - Что ж ты так орешь-то?