Книга В объятиях Снежной Королевы, страница 22 – Елена Лабрус

— Чего хочет от тебя эта миссис Железные яйца? — спросила его Ангелина на обратной дороге.

— Подозреваю, женить на своей недалёкой дочери, — погладил уже проступающую под слоем грима щетину Кайрат.

— Соглашайся! — хмыкнула Ангелина. — Здесь вариант, когда надо брать не глядя.

— Поговори у меня! — строго посмотрел на неё Кайрат. — И запроси у Тани информацию по их активам. Хочу знать, стоит ли эта дура моих усилий. Может им дешевле будет купить ей мозги.

— Как скажешь, — она дёрнула плечом. — Ты слышал, на следующую передачу она пригласила Савойского?

— Да хоть ансамбль гусляров-ложечников, — он посмотрел на неё с раздражением. — И запиши там себе где-нибудь, что больше я в подобных канканах не участвую.

— Я воль, майн фюрер! — вскинула руку Ангелина.

Кайрат и сам не мог понять из-за чего так разозлился. Из-за того, что пришлось вспоминать то, что он хотел забыть? То, чего он никогда не скажет на камеру. То, что до сих пор иногда сниться ему, и тогда у него начинается Великая депрессия. Тогда он напивается и едет к Оксанке. «Может быть именно Оксанки мне больше всего будет не хватать в моей женатой жизни?» — подумал Кайрат и тут же отмёл эту мысль.

Его взбесило упоминание Савойского.

С четырнадцати лет само существование этого пай-мальчика, который с детства имел всё, чего Кайрат не смог бы иметь, хоть вывернись наизнанку, приводило его в ярость.

С четырнадцати лет он доказывает этому миру и самому себе на что он способен только потому, что где-то там живёт мальчик, у которого есть ласковая мама, богатый папа и всё, что он захочет ему приносят на блюдечке с голубой каёмочкой.

Когда-нибудь Кайрат доберётся и до этого блюдца. Судя даже по приблизительным прогнозам, осталось недолго.

Взвинченный и в остатках грима он так и приехал на встречу с Каймановым.

Грузный Кайманов, разложив на груди все свои три подбородка и отдышечно сипя, не спеша поглощал огромную порцию карбонары.

— Ты в косметике что ли? — спросил он вместо приветствия.

— Да, со съёмок, — Кайрат начал стирать накрахмаленной салфеткой грим, оставляя на белоснежном хлопке жёлтые пятна, когда любезная официантка принесла меню и на маленьком блюдце залила горячей водой большую белую таблетку. Он обожал эту магию Ривьеры. Прямо на глазах таблетка стала увеличиваться в размерах и разворачиваться, пока не превратилась в маленькое скрученное полотенчико.

— Мне минестроне и такое же ведро свежей крови, — не глядя в меню, заказал Кайрат и показал на Кровавую Мэри в огромном бокале, которую Кайманов уже наполовину высосал.

— Хорошо, — улыбнулась официантка.

«Жрать вермишель в соусе и запивать томатным соком с водкой — как это по-нашему», — подумал парень, вытирая руки тёплой махровой тканью.

Пока принесли заказ, говорили ни о чём, но Кайрат не торопил, они нечасто пересекались с Каймановым, и то, что он знал, ему не нравилось. Кайманов, видимо, тоже присматривался.

— Ты, я думаю, в курсе, — наконец, начал Кайманов по существу, — что с деньгами у Дианы совсем плохо.

Кайрат бы сказал «не очень хорошо», но не время спорить о терминологии. Он кивнул, отправляя в рот ложку густого супа.

— Доход с клуба практически нулевой, просроченный долг по кредиту, да и в самом клубе, скажу тебе честно, с того времени как она поставила эту Жанну управляющей, стало совсем швах: коктейли слабые, пиво разбавленное, шлюхи толстые, разруха. Она и выручку я подозреваю подворовывает и девчонок обижает, чего Диана себе никогда не позволяла. В-общем, разруха, которая не в клозетах, а в головах, — процитировал он профессора Преображенского и сложил жирные губы трубочкой, всасывая спагетти.