Книга Под каблуком у Золушки, страница 22 – Елена Лабрус

— Но как? Где? Почему? — не понимая, что говорит, зачастила Оксанка.

— Ничего не знаю, — остановила её поток сознания Данка. — Мне позвонил Вадик Чертан. Помнишь, мой одноклассник, что стал врачом? Кайрат у него в отделении, так что нас пропустят. Ты едешь?

И первой мыслью было крикнуть: «Конечно! Что ты спрашиваешь?!», но какой-то гаденький голосок внутри неё пискляво заверещал: «А как же твой план?». И ещё более гаденький подсказывал, что Кайрат вряд ли будет рад её видеть. Теперь её терзало ещё и чувство вины, что она скрывала от него беременность.

— Оксан? — напомнила о себе Данка.

— Нет, Дан, нет. Я не поеду.

— Ладно, я тебе потом перезвоню, — не стала ни о чём спрашивать подруга.

— Я буду ждать!

— Да, обязательно.

— Дан! — успела она крикнуть в последний момент. — Он знает!

КАЙРАТ

Жизнь не промелькнула у него перед глазами. И эти последние несколько мгновений он потратил на то, чтобы прыгнуть. Прыгнуть как можно выше и сгруппироваться.

Ему повезло, что на него летел не Камаз, а обычная легковушка. Влетев в лобовое стекло, он скатился на асфальт и услышал удар, с которым машина врезалась в дерево.

Грязная вода текла с него как с утопленника, когда, шатаясь и зажимая окровавленную голову, он открыл дверь машины. Перед глазами всё плыло, в ушах звенело, но, главное, водитель был жив. И даже в сознании.

— Ты идиот что ли? — выматерился мужик, вытирая кровь, ручьём тёкшую из разбитого лба.

— Прости. Это я виноват, — преодолевая приступ дурноты, приложил руку к груди Кайрат.

Он понимал, что если сейчас не сядет, то просто потеряет сознание и упадёт. Он нащупал руками бордюр и сел, беспомощно свесив голову между коленей.

— Слышь, парень, ты приляг на заднее сиденье, — услышал он сквозь гул в голове.

— Я грязный и кровь, — он мотнул головой, отчего всё закачалось словно он на лодке.

— Да, хрен с ним, давай садись, — помог ему мужик подняться.

И он почувствовал спиной опору, а потом потерял сознание.

Он помнил, что приходил в себя в скорой. И люди не в белых, а в синих халатах, сказали ему, что жить он будет. И он искренне обрадовался и снова отключился.

Невыносимая головная боль стала первым, что он почувствовал. Сквозь сонливость ему казалось, что голова у него гудит из-за писка, который звучит противными короткими сигналами. Он поднял руку, чтобы убедиться, что голова у него не расколота пополам. Писк стал раздаваться чаще, а указательный палец оказался привязан к голубому проводу.

Он рассматривал его сквозь приоткрытые веки, поднеся палец с этим странным объектом на нём к глазам.

— Как себя чувствуем? — словно материализовавшись из воздуха, бодрым голосом спросил парень в синей шапочке и розовой повязке.

Тёплыми и мягкими руками, которые и бывают, наверно, только у врачей, он проверил зрачки. Кайрат узнал его, даже под закрывающей лицо маской, но не мог вспомнить кто он.

— Голова болит, — пожаловался Кайрат, волнуясь о своей амнезии.

— Хорошо. Это сейчас исправим. Сколько пальцев?

Он показал ему средний палец неприличным жестом.

Кайрат растерянно перевёл взгляд на его смеющиеся глаза.

— Да, сам ты пошёл, Вадик!

— Ну, вот и отлично, — обрадовался врач. — А то я думал верну тебя Данке в качестве гербария. А ты смотри-ка, живучий.

— Что всё настолько плохо?