Книга Под каблуком у Золушки, страница 114 – Елена Лабрус

— Хочу тебе кое-что сказать, — тянула она его за руку.

— Для этого обязательно подниматься так высоко? — он переживал скорее за неё.

— Нет, но эта комната мне понравилась больше остальных.

— Надеюсь, это спальня, — улыбнулся он, помогая ей подниматься.

— О, да! Надеюсь, там уже стоит кровать?

И ему очень нравился её настрой. Жаль только, что кровати там не было.

Звук похожий на выстрел эхом пронёсся по пустому дому. Кайрат успел судорожно прижать Оксанку к себе, прежде чем цветными всполохами фейерверка ударило по окнам.

Это было безумие с его стороны тащить её в пустой дом, у него аж спина взмокла, как он испугался.

— Боже, какая красота! — безмятежно развернулась она в сторону открытого балкона. — Пойдём, пойдём посмотрим!

Он едва выдержал пару взорвавшихся в небе фонтанов. Она была в его объятиях. В его крови бурлил адреналин, и он решил: сейчас или никогда.

В тот далёкий день, когда девочка с синими глазами коснулась его руки, забирая свою ленту, один конец атласной полоски подняло ветром и обвило их соединившиеся руки. И он тогда смутился, а она улыбнулась.

Он достал из кармана бережно сохранённый его матерью лоскуток, взял за руку свою девушку и положил его сверху.

— Я всегда любил тебя. И всегда буду тебя любить. И если в глубине своего сердца ты найдёшь силы, чтобы поверить мне, клянусь, я сумею сделать тебя счастливой.

Она подняла конец ленты и положила за его запястье.

— Мне не придётся ничего искать. Я всегда любила тебя, Кай. И, видимо, уже не смогу разлюбить.

Он опустился на одно колено и тогда только поднял на неё глаза.

— Выходи за меня?

Он не дыша ждал её ответа. Она молчала так долго! А потом улыбнулась.

— Наверно, я буду последней дурой…

Казалось, даже сердце его остановилось, боясь заглушить её ответ.

— … если откажусь второй раз. Да, Кай. Это да.

Она опёрлась на его руку, оставшуюся привязанной, и тоже встала на колени. Погладила его по щеке, взъерошила волосы.

— Обещай, что бы я не сказала, поверить мне.

— Обещаю.

— Обещай, сделать, что бы я не попросила.

— Любой ценой.

Она положила его ладонь на свой живот.

— Обещай, любить этого ребёнка как своего, чей бы он не был.

— Клянусь! — он положил рядом вторую ладонь.

Она перехватила едва не улетевшую ленту и сдвинула его руку ниже.

— Скажи ему это. Сейчас.

Кайрат набрал в грудь воздуха, потом осторожно выдохнул.

— Малыш, ты мой!

Он хотел ещё что-нибудь добавить, но все слова вылетели у него из головы — там, со стороны ладони, сквозь тонкую ткань он почувствовал, как его толкнули. Крошечный локоток, а может коленка уверенно уперлась в его руку и, наверно, только в этот момент он по-настоящему поверил, что скоро станет отцом.

ОКСАНА

Простите её боги, люди, комары — единственные свидетели её безумия. В-общем, все, кто считает, что она поступила плохо — простите её и идите в сад.

Этот матрас, брошенный на пол — она ничего не желала знать. Он чем-то застелил его — она не хотела видеть. Он что-то говорил ей — она ничего не слышала. Она чувствовала только его руки, его губы, гладкость его обнажённого тела — она вся превратилась в осязание. Кристальной чистоты ощущение, заглушившее стыд, разум и остальные пять чувств, включая интуицию, которая, впрочем, и так молчала.

Этому шестому чувству следовало бы быть проницательней, ему бы стоило напомнить про её положение, но, когда рядом был Кайрат, оно всегда сбоило. Настолько хорошо он понимал её тело, настолько тонко чувствовал, как ей надо, что Оксанка просто закрывала глаза и подчиняла его ритму весь оркестр своих чувств как палочке опытного дирижёра. И принадлежала ему, забывая обо всём, чтобы потом тихо плакать от счастья, прижимаясь к его голому плечу.