Книга Грязная сказка, страница 87 – Елена Лабрус

Второй день невыносимо болела голова, хотя обещанный дождь уже лил как из ведра, а Влад не пил и не мог придумать ни одной причины своего болезненного состояния. Разве что он был подавлен, ведь ему стало совершенно нечем себя занять.

По привычке вчера до вечера он ещё кому-то звонил, принимал соболезнования, выслушивал оправдания должников, но всё это совершенно без интереса, вполуха и вынужденно. Он скоротал кое-как день до вечера и поехал в театр.

По центру небольшого банкетного зала, заставленного столами с закусками, Лера принимала поздравления. Она заметила его не сразу и у него было несколько минут, чтобы прислушаться к тому, что говорят у неё за спиной.

— Очень талантливая девочка, очень, — держа в ухоженной руке бокал с шампанским, говорила одна потрёпанная жизнью дама другой молодящейся светской львице. — Не понимаю, зачем она вернулась из столицы. Ведь её непременно должны были принять в труппу Большого театра. Она же бесспорно талантлива.

— Говорят, там вышел какой-то скандал, — поведала вторая. — И она предпочла быть первой в провинции, чем второй в столице.

«Прямо Юлий Цезарь», — отметил про себя Влад, и здесь Лера его заметила и махнула рукой.

— Но какие данные, какие данные! — восхищалась первая. — Эти пропорции, подъём, маленькая головка, длинные руки.

— Да, невероятно гармонично сложенная для балета девочка.

Влад улыбнулся. Ему было приятно, словно он имел к этому какое-то отношение. Он искренне гордился Лерой, и её успехом.

— Тебе принести что-нибудь? — шепнул он ей после поздравлений.

Только сейчас, когда гости слегка расступились, он заметил, как идёт ей и облегающее изумрудное платье в пол, и эти туфли, перехватывающие ремешками тонкие лодыжки. Только она обнимала себя руками, словно ей холодно, а может просто неуютно в этой толпе. Правда, улыбалась уверенно, а ещё, склонив голову, время от времени расписывалась на протягиваемых программках.

— Нет, я не пью. Особенно шампанское, — шепнула она в ответ. — Очень вредно.

Договорить она не успела.

— Лерочка, как я рад, как рад, что в нашем театре появилась такая жемчужина, — пожилой высокий мужчина, излучающий фальшивую любезность, трижды облобызал её, оттеснив Влада. — Надолго вы к нам?

— Этот сезон, я думаю, точно, — улыбнулась Лера. — А там будет видно.

— Я слышал сеньор Де Вега отзывался о вас очень восторженно. Не думали попробовать себя в испанской труппе?

— Если поступит предложение, я подумаю, — склонила голову девушка. — Но сама напрашиваться, пожалуй, не буду.

— Зря, зря, — его рука сжала её кисть, и это поглаживание никак не походило на дружеское, — Я бы мог замолвить за вас словечко.

— Спасибо, воздержусь, — окатила его Лера ледяным взглядом, мужик откланялся и ушёл.

— Это что за индюк? — спросил Влад.

— Директор театра, — так же вполголоса пояснила Лера, и тень пролегла между её бровей. — Один из директоров. Самый влиятельный.

— Домогается? — спросил её Влад, когда, сложив в багажник его машины все свои необъятные букеты, она заняла место с ним рядом.

— Не сильно. Возможно, пока. Хотя я очень надеюсь, что как прима, на которую будут идти зрители, я важна ему гораздо больше, чем одна из его любовниц.

— И часто приходится вот так выбирать?

— О, нет, — улыбнулась она. — Мне ещё ни разу. Я совсем мелкая пташка.