Книга Неприличное предложение, страница 22 – Елена Лабрус

Посмотрев на спящую жену, Платон взял свою подушку и пошёл спать в гостиную на диван.

— Привет, Хвостик!

Я вздрогнула и чуть не выронила сумку.

— Напугал, — выдохнула. — Привет, Илья!

Развернулась к окну в коридоре учебного корпуса, аккуратно выложила старенький ноутбук, а потом вытрясла на подоконник содержимое кожаного рюкзачка, вплоть до крошек на дне, что посыпались сверху на тетради, вслед за потёртыми прокладками и полудюжиной резинок, которые вечно бросаешь в сумку на всякий случай, а этот случай всё никак не наступает.

— Что-то потеряла? — Илья опёрся плечом о стену, бросив свой рюкзак рядом.

— Да, одну очень ценную бумажку, — сдув с прокладки мусор, я поспешно сунула упаковку обратно на дно сумки: Лейкин хоть и был в доску свой, и дружили мы два года, но это же не повод заставлять парня краснеть. Хотя робким я бы его ни за что не назвала.

— Помочь?

— Нет, — покачала головой, в сотый раз перелистывая тетради. — Я её, наверное, всё же дома забыла. Положила на кровать и думала, что сунула в тетрадь, а скорее всего только подумала сунуть, — вздохнула я, надеясь, что это действительно так и чёртов вексель остался на кровати (утро выдалось сложным, хорошо, что голову дома не забыла), а потом натянула на лицо улыбку. — А мы тебя со Светкой вчера вспоминали.

— Серьёзно? — удивился Илья. — Мы же видимся чуть не каждый день.

— Ну так это в универе. Мы с тобой. А в общагу ты, как съехал, так больше почти и не заходишь.

Это была чистая правда. И про то, что жили мы раньше в одной общаге, даже на одном этаже, там и познакомились. Светка перешла на второй курс, когда почти два года назад меня, абитуриентку первокурсницу, подселили к ней в комнату, Илья перешёл на третий. С того времени и дружили. И что вчера вечером Илья должен был икать без остановки — так мы его со Светкой сильно вспоминали — тоже правда. Вот только, если он спросит по какому поводу, я ни за что не признаюсь.

Но у меня есть оправдание: это не я, это Светка предложила.

Когда, обсудив жену Прегера, которая неожиданно оказалась профессором кафедры религиоведения нашего университета. (Святые инквизиторы, хоть мне эту муть не учить и не сдавать!) И дошли до того момента, где Платон сказал: «Если не хочешь, чтобы первым был я, найди того, кого тебе захочется запомнить». Светка посмотрела на меня многозначительно:

— А это здравая мысль. Попроси Илью, он тебя дефлорирует в лучшем виде. И думаю, не откажется, — хитро прищурилась она.

— Ты на что это, кукушка пестрожопая, намекаешь? — упёрла я руки в бока.

— А чего ж тут намекать-то? Он давно по тебе, кудряшка лобковая, сохнет. А ты всё делаешь вид, что не замечаешь.

— Мы — друзья. И замечать тут нечего. А баб у него и без меня хватает.

— Ну с этим не поспоришь, — хмыкнула она. — Но ты всё же спроси.

В ответ я бросила в неё пачкой чипсов — первым, что попалось под руку. А она, тварь латентная, открыла и давай ими хрустеть.

Я кашлянула, вспомнив, что Илья ждал от меня ответа.

— Давно не заходишь. Булочки не приносишь.

— М-м-м, — улыбнулся он. — Так дело в булочках? Прости, — развёл руками. — Учёба. Работа. И Светка, уверен, не сильно хочет меня видеть. Да ты и сама в кофейню перестала заходить.

— Та же херня, Илья, — запихав в сумку последние ручки, я сдунула с подоконника крошки, — учёба, работа…