Книга Неприличное предложение, страница 116 – Елена Лабрус

— Я думаю, Гольдштейн не дурак, он прекрасно понимал, что от тебя с её помощью он не добьётся никаких уступок, а сейчас особенно, — почесал макушку Григорий.

— Они и не были ему нужны, — вставил Прегер.

— Но что бы Рита ему ни предложила и кого бы из себя ни возомнила, выходит, он просто ей пользовался. Дал денег в долг, — размышлял вслух Селиванов, — зная, что, если ей нечем будет отдать, она до смерти будет делать ему массаж простаты и облизывать его волосатые яйца?

— Ты сильно недооцениваешь Гольдштейна, — покачал головой Платон. — Я думаю, он прекрасно понял, что она в отчаянии, и в этом состоянии способна на что угодно, — нахмурился он. — Какой бы бледной овечкой он ни прикидывался, думаю, ему на руку был бы любой расклад. И моя смерть в том числе, — подмигнул мне Прегер, словно говорил о чём-то незначительном.

— Хочешь сказать, — недовольно покачал головой Селиванов, давая понять, что мы как подростки, честное слово, прямо ни на секунду не можем расстаться, — в случае твоей смерти она бы осталась единственной наследницей и могла бы, например, продать Гольдштейну твой «Премикс» за бесценок?

— Возможно, он догадался зачем ей деньги, но ему не нужен «Премикс», — Платон задумался, а потом уверенно покачал головой. — Но не будем недооценивать и Риту. Сомневаюсь, что она поделилась бы планами даже со своим отражением. Мне только интересно, что она ему наплела, раз Гольдштейн пригласил её на встречу. А она…

Мой телефон пиликнул сообщением, и я отвлеклась.

Без всяких задних мыслей я ждала, что напишет Илья.

Но он молчал. Третий день. И я, хоть и отмахивалась от всяких глупостей, что лезли в голову, уже начала нервничать. А сейчас, после покушения на Прегера, особенно…

Но это написала мама. Я ответила, что перезвоню и снова включилась в разговор.

Кажется, я пропустила, что Рита не пришла, но зато получив приглашение от Гольдштейна, теперь точно знала место и время секретной встречи, и это стало ориентиром для нанятого ей киллера.

— Так это не Гольдштейн Риту, это Рита, выходит, его использовала, — вставила я свои пять копеек.

Прегер протянул руку, одновременно и в знак одобрения, и давая понять, что уже соскучился, хотя я и отвлеклась на десять секунд, не больше. Между его бровей пролегла хмурая складка, и я не сразу поняла, что он просто отзеркалил моё хмурое выражение лица.

— А зачем кстати, он её ждал? — растянула я губы в улыбку. Уверена, она его не обманула, просто немного отвлекла. — И что это за запасной вариант, в котором она должна была сыграть ключевую роль?

— Слушайте, а я, кажется, знаю. Смотри, — повернулся Гриша к Прегеру, — задача Гольдштейна ведь была убедить тебя всеми правдами и неправдами подписать договор?

— Да, — ответил Платон. — А потом он отказался бы от сделки, чем не столько сохранил свою компанию, сколько увеличил её стоимость на рынке, чего он и добивался. Он рассчитывал расторгнуть сделку, сдать акции пакетами и таким образом выручить в разы больше суммы, на которую мы договорились.

— То есть ему просто нужны деньги, а не компания.

— Компанию некому передать, никому в семье не интересен его бизнес, это хлопотно, а там ещё требуются значительные вложения для модернизации. К тому же он от неё устал, поэтому да, он хотел просто бабла по максимуму.