Книга Проклятый, одинокий, дракон, страница 67 – Елена Лабрус

— После вашего вчерашнего состояния, совсем не удивительно, — усмехнулся де Риз.

Только сейчас, глядя на золотые пуговицы на его сюртуке, на разводы отливающей блеском чёрной ткани, из которой он был пошит, Айна с ужасом поняла всю глубину своего вчерашнего падения. Ведь это Тьер держал её в карете. Именно он увёз Айну с этого праздника, который неизвестно чем мог бы для неё закончиться.

— Я, правда, заблудилась, — умерила она свой тон.

— Допустим, — кивнул герцог. — Меня больше интересует другое. Как много вы видели и слышали.

— Ну, там был не очень хороший обзор, — сцепила Айна руки и вдруг обнаружила, что край рукава плохо обмётан. — Но слышать, кое-что слышала.

— То есть — всё?

— Честно говоря, говорили вы тоже не очень громко, — с большим интересом рассматривала она оторочку.

— И всё же? — схватил герцог Айну за руку, заставляя посмотреть на себя.

— Ничего интересного, — вытянулась девушка как по струнке от его нешуточной железной хватки. — Гиацинтария слаба. Королева будет коронована. Король болен, и ему помогает только ваша кровь.

— И куда бежали вы поделиться полученной информацией?

— Никуда, — даже не пыталась вырваться из его захвата Айна. — Мне не с кем поделиться, милорд.

И это была чистая правда.

— С принцем мы не настолько близки. Да и как я объясню ему своё присутствие в покоях короля. А мою единственную подругу с утра выпороли у позорного столба, и вряд ли ей есть дело до проблем гиацинтарцев.

— Вашу подругу? — удивлённо взлетели вверх его красивые брови.

— Значит, то, что девушку отхлестали как строптивую лошадь, вас не сильно беспокоит? — Айна всё же оторвала от себя его руку. — Гораздо важнее, с кем я могла поделиться услышанным?

— Для меня важно всё, — сверлил де Риз её взглядом — тёмным, незнакомым. — Но то, что Лорину наказали, уже не новость. А вот то, что вы вдруг возвели её в ранг подруги — удручает. Как и всё ваше поведение в целом.

— И за что её наказали вы тоже в курсе, Ваше Сиятельство? — язвила Айна, не желая слушать нравоучения герцога.

— Конечно, — усмехнулся он. — У королевы якобы не было выбора. Служанка пришла с утра проветрить комнату короля, а у него начался приступ. Она подняла крик. На него сбежался весь двор, и королева собственной персоной. Тут и выяснилось, что король не один. И королеве ничего не оставалось, как жестоко наказать свою фрейлину.

— А разве не сама королева поощряет эти…, - Айна смутилась, не зная, как бы поприличнее назвать прелюбодеяние, — …забавы.

Де Риз тяжело вздохнул и прошёл мимо Айны в центр комнаты. Девушка наблюдала как он расправил плечи, стоя к ней спиной, как размял шею. А когда он повернулся, то показался Айне таким измученным и уставшим, как в тот день, когда она видела дракона. Он смотрел на неё с сожалением или с горечью. А может просто решал стоит ли ей вообще что-нибудь пояснять.

— Какое же вы ещё наивное дитя, — наконец, сказал он. — Возможно, королева и поощряет, но это — лишь слухи. А когда в присутствии челяди в постели супруга обнаруживается спящая девушка, это — уже факт. И такое поведение необходимо порицать и наказывать, дабы соблюсти и приличия, и заповеди.

— Но вы сказали якобы у неё не было выбора?

— Да. Потому что она прекрасно понимает, что делает. И она не просто показала всему двору кто в этом доме хозяйка. Это — вызов сыну, это — намёк королю, это — предупреждение герцогине де Одилон. Более того, вы на месте наказания тоже оказались не случайно.