Книга Проклятый, одинокий, дракон, страница 130 – Елена Лабрус

— И тогда ты останешься жить, если выпьешь его? — от его мрачного взгляда Айна становилась только упрямее.

— Да, из нас двоих умрёт тот, кто окажется слабее, — отвернулся герцог.

— И что даст это дракону?

— Свободу от меня и ещё немного времени.

— А если девушка будет нелюбимой?

— Напрасная жертва.

— А если умрёт дракон?

— Значит, я избавился от проклятия, — сокрушённо покачал головой герцог и посмотрел на Айну как на недотёпу. — Но я же сказал: я этого не допущу.

«Как? Никогда никого не полюбишь?» — покосилась на него Айна, усмехнувшись и прощая ему это презрение. Она и правда, пока не всё понимала.

— Значит, из вас с драконом может выжить только один, но девушка умрёт в любом случае?

Де Риз кивнул. Ясно давая понять, что разговор окончен.

— Неужели дракону дали второй шанс на жизнь ценой жизни двух людей? — посмотрела Айна на кровавое кольцо на своём пальце. — А ведь синайцев называют мудрецами. Но разве это мудро?

— Наверное, да, — усмехнулся герцог. — Ведь только мир, где люди умеют любить и жертвовать собой, достоин того, чтобы в нём жили драконы.

Де Риз пришпорил коня. Айна видела впереди его прямую спину. Он догнал графа, ехавшего в хвосте процессии, переговорил, а потом направил коня дальше, отдавая указания на ходу.

Айна же всё думала, что, наверное, не хотела бы жить в таком мире. Убить любимую девушку, а потом умереть самому или остаться жить, убив в себе дракона — это не выбор. Это — приговор. Не удивительно, что герцог предпочёл просто умереть. Только согласен ли с этим дракон?

До вечера Тьер представил Айну ещё в трёх графских замках. И в отличие от Одилона, хотя сами замки были поскромнее, а вот приём в них гостям оказывали тёплый и радушный. И везде приглашали за стол, и везде уговаривали остаться на ночь. Но только надвигающиеся сумерки заставили их остановиться у графа Что-то-там, которого Айна запомнила с турнира.

Фамилию его девушка снова так и не расслышала — Штотер? Шолер? — а вот имя — Дерик, ему очень шло и, несмотря на преклонный возраст, его даже молодило.

Давно Айне не доводилось поучаствовать в таком дружном и весёлом застолье. Граф де Вонн, лорд Дерик и ещё три дворянина из ближайших северных поместий вспоминали былые времена, рассказывали военные байки, поминали фронтовых товарищей. И от того, что во всех этих историях непременно были и отец Тьера — король Фриталии Брандо Восьмой и его лучший друг, отец Айны — Брейн де Лабранш, эти разговоры были интересны всем.

И никто не стеснялся называть Тьера исключительно сыном короля.

— Мне так жаль, что отец ничего не рассказывал о вас. О своих боевых друзьях. О короле, — посмотрела Айна на Тьера. Он задумчиво катал по столу хлебную крошку. — Я даже понятия не имела, что его так много всего связывает с Севером.

— В тот последний приезд, когда у Брейна уже родились вы, — лорд Дерик на правах хозяина подлил Айне вина, — в замке Аркон мы все вместе приняли решение больше никогда не вспоминать о тех временах. И никому не рассказывать о нашей дружбе, чтобы не навредить ни вам, ни Тьеру, ни собственным детям.

— Кто знает, — вздохнул лорд Тео, — были ли мы правы в своём молчании. Порой оно кажется мне преступным.

— Нет, Тео, вы были правы, — поднялся Тьер. — Сложить головы на плахе за измену и поставить под угрозу будущее своих семей только ради того, чтобы сказать, что король не прав? Не стоило оно того.