Книга Проклятый, одинокий, дракон, страница 125 – Елена Лабрус

— Нет, нет, миледи, вы неправильно меня поняли, — поднял Тьер руку в предупреждающем жесте, когда Айна попыталась снять кольцо. — Я просто подозреваю, что это — совсем не случайный подарок.

— А я просто уверен в этом, Тьер, — вмешался граф. — И то, что его сделали именно миледи Айне, тоже неспроста.

— И ты прав, потому что Гиацинтария мало того, что не воюет — она и не так слаба, как распускаются об этом слухи. А эта просьба о помощи — был только повод заманить меня на их территорию, не вызывая вопросов. Гугго предложил мне поддержку против Астарии.

— Лично тебе? — даже не удивился де Вонн.

— Ну, ещё миледи Айне, — показал рукой на девушку Тьер. — Видимо, как предполагаемой жене наследного принца, на которую они возлагали большие надежды.

Айна откровенно хлопала глазами, не понимая, она-то здесь при чём. Да, её отец вёл дела с гиацинтарцами. Презрев осуждение, он поставил экономические отношения выше политических. Но Юг всегда был богат, своеволен и неуправляем, ведь воевать на землях, кормящих целую страну, не позволил себе ни один правитель. Но это отец. А Айна…

«Эх, мужа бы тебе хорошего, — часто вздыхала тётя Черизет, когда осталась у Айны и за отца, и за мать. Айна подозрительно покосилась на Тьера. — А может, этот не так уж и плох?»

— И очень дальновидно, — восхитился граф, заставляя девушку прервать свои размышления. — Но откуда тогда Арчи едва выбрался живым? Кто изрешетил дракона как сито? Ты так и не сказал, где вас так.

— Не хотел быть голословным, — потёр свежевыбритое лицо Тьер. — Но чем дольше я об этом думаю, тем всё больше прихожу к мысли, что это была засада. Это случилось на сейде Асхин, где сходятся границы Фриталии, Гиацинтарии и Астарии.

Последнее он пояснил явно для Айны.

— И это был самый короткий путь из Гиацинтарии домой, — нахмурился Теодор де Вонн. — Если бы я сам выбирал место для засады, то выбрал бы именно это. И, если я правильно понял, стреляли с нашей территории.

— Да, Тео. Я уверен, что трёхгранные болты, что рассекли даже кожу дракона, были пропитаны ядом. Он и не позволял ране затянуться.

— Вы были бесконечно правы, миледи, когда сказали, что раны надо промыть, — обратился к Айне де Вонн.

И хотя она не видела в этом никаких выдающихся заслуг, Айне было приятно от того, как посмотрел на неё Тьер.

— Я крайне признателен, вы спасли мне жизнь, миледи, — поклонился де Риз.

— Вы мне тоже, милорд, — поклонилась Айна в ответ. — Так что, будем считать, мы — квиты.

— И всё же, ваша заслуга больше, ведь вы спасли две жизни, — улыбнулся герцог.

— Зато ваш вклад серьёзнее, вы пожертвовали своей свободой, — не сдавалась девушка.

— А вы искололи себе все пальцы, — усмехнулся он.

— А Арчи пришлось совать в рот всякую гадость, спасая меня от преследователей.

— Зато вы…

— Кхе! Кхе! — демонстративно перебил Тьера граф. — Не хотелось бы вмешиваться в вашу дискуссию, но боюсь, вы можете продолжать до вечера, а мы уже подъезжаем.

Айна вскинула голову и увидела впереди в долине белый и ажурный, словно отделанный кружевами, замок.

Айна стояла у большого пруда сложно изогнутой формы, и никак не могла решить, что ей нравится больше: великолепный сад, разбитый вокруг замка или всё же сам изысканно украшенный замок.

Сад? С его золочёными фигурами, стрижеными деревцами строгих геометрических форм, идеально ровными дорожками и подбором цветущих композиций.