Книга Корми. Укладывай. Не влюбляйся, страница 40 – Александра Пивоварова, Майя Пивоварова

Денчик

Говорят, понедельник — день тяжелый, не, ну я бы согласился, но я обожаю понедельники. Это единственный день, когда можно с чистой совестью начать все сначала — и закончить уже к обеду.

А у меня сегодня еще и лекции после обеда, ну красота.

— Уа-а-а… — почесываю задницу и тяну руки вверх.

Янчика уже нет. Поражает меня его умение вставать с первого будильника. И ведь лег поздно, я уже отрубался, а он все за компом торчал, все до идеала первый квест доводил, хотя я еще с персами не закончил.

«Терминатор, честное слово.»

— Ты бы в душ поспешил, — Ян зашел в комнату, когда я натягивал спортивки. — там девчонки уже битву устраивают, горячую в десять вырубят.

— Опять? — я стону, но скорее для вида.

А друг прошел к холодильнику и бросил влажное полотенце на спинку стула.

— Да пофиг, после обеда свою лысину намою, и в холодной нормально. Эти пираньи меня сожрут, если я в их очередь вклинюсь. Что там, яйца есть?

— Ага. И бекон остался. — Ян достал из холодильника продукты. — Будешь?

— Спрашиваешь! Конечно!

Странный друг сегодня. Какой он… слишком спокойный, вдумчивый, будто в мыслях плавает. И обычно Ян собранный, резкий, как лезвие.

Не удивлюсь, если причина там — за стенкой. Где ночью опять было нытье, вынудившее вставить беруши. Ну, вообще, и мои мысли там же. Нужно с Яном это обсудить.

— Слушай, Яныч, — выхожу за ним из комнаты. — у меня идея возникла, как процесс укорить и нас немного разгрузить. Правда вложения дополнительные понадобятся… А это еще что за визги? — теряю мысль, потому что из кухни доносятся такое, что я забываю, о чем говорил.

Визг. Обвинения. Крик. Почти классическое утро в общаге.

— … не тебе рот открывать, неудачница! Что, папаша этого спиногрыза сбежал, не выдержал, твой х*евый характер? — рыжая первокурсница распиналась перед Мирой, стоящей с таким выражением лица, словно перед ней самое глупое существо на планете. — Это же какой тупой нужно быть, чтобы из столицы выперли!

За рыжей на подоконнике уселась группа поддержки в лице таких же первокурсниц. И эта горе-компашка знакома всей общаге, на день первокурсника все туалеты заблевали. В их планах было стать самыми крутыми и устанавливать в общаге свои правила, но Ян быстро крылышки обломал.

— Слушай, жертва неудачного воспитания, — заговорила Мира и голос ее сочится ледяным спокойствием. — я понимаю, у тебя комплекс из-за того, что не один адекватный парень на тебя не посмотрит. Но вымещать это на мне, пытаясь прикрыть свою ущербность громкими словами? Серьезно? Мой тебе совет, закрой лучше свой рот, пока я не потеряла терпение, и не выщипала тебя.

У рыжей лицо вытягивается. Девки за ее спиной притихают. А Мира продолжает жарить яйца, как ни в чём не бывало.

Но тут первокурсница находит в себе силы для еще одного выпада.

— Да ты просто шл*ха, которую выперли из столицы! Тр*халась там со всеми подряд, вот и…

Договорить она не успевает. Ян толкнул дверь так сильно, что она ручка с грохотом ударилась об плитку. Его настроение мгновенно изменилось, и лучше бы первачам свалить вот прямо сейчас и без лишних слов.

— Ты, — его голос тихий, режущий, как лезвие. — у тебя три секунды, чтобы свалить с моих глаз. Раз!

Рыжая дергает подбородком, пытаясь сохранить лицо, ее подружки уже пятятся к выходу, а она открывает рот, чтобы что-то сказать.