Книга Корми. Укладывай. Не влюбляйся, страница 10 – Александра Пивоварова, Майя Пивоварова

— Дай сюда. — коротко бросил Ян, протягивая руки.

— Чего?

— Ребенка дай, говорю. — он переполнен раздражением. — Давай, не тупи.

Я хотела возразить, но вспомнила как днем он спокойно сидел на его руках. А у меня уже тряслись руки.

Ян принял Макса так, будто всю жизнь только этим и занимался. Без сюсюканья, без лишней нежности, но уверенно и жестко. Одной рукой прижал к груди, второй хлопнул по спине. Раз. Другой.

— Ну чего разорался, мелкий? — его голос стал ниже. — Не по-мужски это.

Я застыла, боясь дышать. Макс всхлипывал, но заметно тише, прислушивался к незнакомому, низкому голосу, который не сюсюкал, а говорил с ним как с равным.

Ян продолжал, не повышая тона.

— Сопли вытер и спать. А то я просплю на лекцию и проблемы будут у всех. Ты ведь не хочешь, чтобы вас с мамкой выкинули отсюда? А я дядька злой, похлопочу.

Макс шмыгнул носом, икнул и… затих. Просто замер, уронив голову Яну на плечо, и начал медленно закрывать глаза.

Я стояла с открытым ртом.

Он за минуту сделал то, чего я не могла почти час.

Ян поднял на меня тяжелый взгляд. В глазах ни капли торжества, только усталость и раздражение. И еще что-то. Какая-то брезгливость, что ли. Будто я упавшая на пол конфета — брать не хочешь, а выбросить жалко.

— Чего вылупилась? — рявкнул он, но тихо, чтобы не разбудить уже задремавшего Макса. — Закрой рот, муха залетит.

Я захлопнула челюсть. Щеки вспыхнули. Стыдно. Невыносимо стыдно. Я не справилась. Он, незнакомый Максу злой мужик, сумел.

— Я… спасибо. — выдавила я, глядя в пол. — И за смесь.

— Не благодари. — отрезал Ян. — Я не ради тебя старался, мне спать охота. Если бы ты была ответственным родителем, то вообще сюда не вселилась. Реально не понимаешь, что ребенку не место в общаге? Или хочешь, чтобы его дерьму научили еще до того, как он нормально пойдет?

Ян положил Макса на кровать.

Последняя капля. Я не знаю, что во мне щелкнуло… то ли его слова про дерьмо, то ли этот снисходительный тон, будто он тут царь и бог, но я почувствовала, как внутри поднимается волна злости, чистой, белой, ледяной.

— А ты казался мне смышленым. — я выдохнула, стараясь не сорваться. — Я в курсе, что это не курорт. Я выкручиваюсь как могу. Наверное, ты не понимаешь, но проблемы у людей бывают разные.

Я сделала шаг к нему. Не знаю зачем. То ли ударить хотела, то ли просто поближе подойти, чтобы он увидел, я не боюсь.

— Ага, а мне свалилась именно ты. — пробормотал он, косясь на спящего Макса. — Слушай сюда, горе-мамка. У мелкого зубы лезут. Купи ему гель в аптеке, мажешь десны — и спит как убитый. Не знала?

— Не знала. — честно признаюсь я.

И брови Ян дергаются.

— Потрясающе… — усмехнулся он. — Может в опеку лучше набрать утром?

Я мгновенно щурю взгляд.

— Позвони. И я тебя убью. Клянусь. — мой голос не дрогнул.

Я смотрела ему прямо в глаза. Никакой лжи. Чистая правда.

— Ого, — протянул он, разглядывая меня так, будто впервые видел. — а зубы у тебя есть.

Я сжала кулаки, чувствуя, как к горлу подкатывает злость. Этот тип вывел меня из себя за какие-то пять минут.

— У меня есть не только зубы, но и кулаки, если надо, — процедила я. — так что советую не доводить.

— А у меня связи и власть. Так что будь паинькой. Иначе твоя жизнь станет невыносимой за считанные часы. Макс, конечно, симпатичный. Но ты — головная боль, которую я не просил.