Книга История Тильды Коннах, или Андрей Васильевич меняет профессию, страница 8 – Сергей Плотников, Варвара Мадоши

Ладно, недостойно завидовать невестке — тем более, такой, как Сорафия! Особенно с учетом, что Тильда обязана ей собственной жизнью, а может быть, и жизнью Ульна. Или даже жизнью Лиса. Кажется, она не раз спасала мужа… Впрочем, Лис не рассказывал ей подробности.

Но Тильда все равно завидовала. Завидовала ее силе, ее жизнелюбию, тому, что она, ничуть не стесняясь, тут же приняла местные правила игры — и сейчас легко рассекала по пляжу в ярко-розовом лифчике и трусиках, которые отлично контрастировали с ее уже загоревшей кожей. А Тильда, хоть и рискнула облачиться в местный купальник, так и не сняла балахонистое специальное «пляжное» платье, которое накинула сверху.

И даже не потому, что так уж стеснялась почти полной обнаженности. В конце концов, дома в баню она всегда ходила голой. Да и взрослых мужчин не было на пляже. С другой стороны, твердо вбитые в нее матушкой правила хорошего тона говорили: всегда поступай так, как хозяйка дома! А хозяйка дома недвусмысленно указала на предпочтительность открытых купальников. Просто Тильде казалось, что ее полное рыхлое тело будет смотреться слишком уж невыгодно.

Орис бы сказал: чепуха, ты красавица. Но Ориса тут нет. И никогда больше не будет.

Тильда отогнала холодок, пробежавший по спине. Нет, не нужно об этом думать. Нужно радоваться солнечному дню, радоваться, что ее детям и внукам хорошо. Что они в удивительном, чудесном мире, в гостях у не менее удивительных и чудесных людей, которые по странной прихоти судьбы согласны оказать протекцию и помощь не только Лису Коннаху, не только роду Коннахов и даже не только Школе Дуба — а в том числе всей провинции, едва ли не всей планете!

Но…

— Грустите, Тильда? — спросил ее мягкий голос.

Она обернулась.

А вот и «хозяйка дома».

Хлоя Весёлова, командовавшая нынешней вылазкой на пляж, присела рядом на валун. В отличие от Тильды, она была без шляпки — ее платиново-светлые крупно-кудрявые волосы, частично скрепленные на затылке филигранной заколкой, вспыхивали на солнце яркими бликами. Она тоже не стала снимать пляжное платье, но оно было приталенное, со шнуровкой, и из-под него выглядывал ее ярко-голубой купальник.

Тоже блондинка, как и Сорафия, Хлоя принадлежала совсем к другому типу: довольно высокая, но изящная, — не атлетичная, а скорее, гибкая и элегантная. Ее нежное лицо казалось личиком фарфоровой куклы, в том числе и потому, что его редко покидало серьезно-сосредоточенное выражение.

Учитывая, что у Хлои имелась четырнадцатилетняя дочь, а сама она выглядела, как будто ей меньше двадцати, можно было не сомневаться — Хлоя тоже прошла магическое омоложение. Но сколько ей лет на самом деле, Тильда никогда не спрашивала. Понятно было, что как минимум ровесница Тильды, хотя по ее речам Тильда иногда думала, что Хлоя намного старше — как минимум, вровень с Сорафией.

— Не грущу, — покачала головой Тильда. — Думаю.

— Вас что-то беспокоит? Прошу вас, задавайте мне любые вопросы. Я ведь уже говорила.

Действительно, Хлоя говорила. Она держалась с неизменной доброжелательностью, помогая Тильде, Айне и остальным женщинам из Школ Дуба и Цапли освоиться в особняке Весёловых, где их поселили — кого-то временно, а кого-то, как поняла Тильда, и постоянно. Во всяком случае, Лис явно хотел, чтобы Коннахи, Бонеи и Рены продолжали там жить.