Книга В его огне, страница 83 – Ольга Рузанова

Я плетусь за ним к его машине, страдая от увечий, полученных им больше, чем он сам. Я помню, как в выпускном классе перед самым последним звонком Костян с дружками расквасили мне нос. Это было чертовски больно.

— Ты говорил, у тебя есть лед.

Неволин щелкает сигнализацией, открывает дверь, бросает свою сумку на заднее сидение, а потом отбирает у меня рюкзак и отправляет его туда же. После этого, открывает дверь багажника и достает оттуда светло - серый чемоданчик.

Я останавливаюсь рядом, готовая помочь, если потребуется. Однако Влад не просит - сам вскрывает упаковку со стерильными марлевыми повязками, заливает одну из них антисептиком и пытается обработать разбитую бровь.

— Давай я, - предлагаю тихо, - Тебе же неудобно.

Он садится прямо на багажник и протягивает мне салфетку. Я подхожу ближе, так, что запах адреналина и крови становится концентрированным, и внимательно осматриваю повреждения.

Самые серьезные - рассеченная бровь и внушительный синяк на скуле, рискующий растечься под глазом. Остальные ссадины и ушибы пройдут сами через несколько дней.

— Больно?..

Представляю, каково ему, если даже у меня в животе создается вакуум, когда я смотрю на раны.

— Нет.

— Не верю, - проговариваю я, чувствуя невероятную потребность, что-то говорить.

Что угодно, лишь бы не молчать и не начать снова лить слезы.

— Мне больно от того, что тебе пришлось смотреть на это. Я виноват.

— Не ожидала от тебя.

— К этому шло. Я предупреждал его много раз.

Он так близко от меня, что я чувствую дыхание на своем лице. Болезненно обжигающее как языки пламени.

— Ты не прав.

— Иногда кулаки - единственный способ поставить противника на место.

Я сглатываю вязкую слюну и, поменяв салфетку, осторожно обрабатываю бровь еще раз. А потом прикладываю лед к скуле.

— Он трогал тебя...

— Мы тренировались.

— Майя... - рычит еле слышно, но так угрожающе, что мои волосы встают дыбом.

— Мы всего лишь друзья, Влад.

Его рука опускается на мою поясницу. Притягивает, ломая мое сопротивление.

— Мне... - он перехватывает мой взгляд, и я вижу в его глазах те самые серебристые точки, - Мне достаточно знать, что он хочет тебя.

— Ты должен был думать об этом раньше, когда выбросил меня из своей жизни как ненужный хлам.

— Я выбросил свой кардиостимулятор, Майя. И я хочу его назад, иначе мне не жить.

Майя

Тишина растягивается до бесконечности, пока я перевариваю и пытаюсь уложить в голове то, что сказал Влад. Он не может, не хочет и не собирается жить без меня. Но при этом мне не доверяет.

Жесткое свербение в горле, вызывающее непреодолимую потребность все время сглатывать, быстро формирует новый болезненный ком.

— Мы зашли в тупик, - проговариваю тихо срывающимся голосом.

— Ты зашла в тупик. Не я, - поправляет Левша, - Ты несгибаемая.

— Ну, извини...

— Расскажи мне все с самого начала. С того момента, когда я ушел из квартиры, в которой ты обещала меня дождаться.

— Зачем?.. Хочешь услышать от меня, как больно и страшно мне тогда было, что снова найти мне оправдания?

— Нет, я хочу знать, как ты прожила каждый день, пока меня не было рядом.

Дверь клуба распахивается и громко хлопает. Максим, на ходу доставая из кармана куртки ключи от машины и отключая сигнализацию, бодрым шагом направляется к седану.