Книга В его огне, страница 70 – Ольга Рузанова

— Только я могу назвать не менее десяти человек, которым он сломал жизнь, - проговаривает она на одной ноте.

По моей спине быстро расползается озноб. Покалывает поясницу и забирается в волосы на затылке. Очень неприятно осознавать, что в тебе течет кровь такого монстра.

— Светлана, наш с ней отец, которого он подставил по службе, - начинает перечислять она, - его когда-то лучший друг, потерявший должность, потому что ее захотел Цариев, я сама...

— Вы?.. - перебиваю ее, желая пояснений, - Потому что теперь вынуждены ухаживать за Настей?

Елена Николаевна делает маленький глоток чая и отламывает от печенья крохотный кусочек. Тяжело сглатывает, словно решая, отвечать или нет на мой вопрос.

— Настя тут не при чем, - произносит наконец тихим голосом, - Она и сама его возможная жертва. Светлана знала, что он изменяет ей, когда она была беременна. Твоя мать была не единственной его любовницей.

— Боже!.. - выдыхаю я, ужаснувшись, - Но вы сказали о себе!.. Вам он тоже навредил?

— Навредил?.. - усмехается она, и я впервые вижу, как выглядела бы Елена Николаевна, улыбайся она хоть иногда, - Навредил - это слабо сказано, он уничтожил меня.

Затаив дыхание, я замолкаю. На лице уже не молодой женщины проступают розовые пятна, от чего морщинки в уголках глаз и рта становятся заметнее. Крылья носа, напротив, белеют и начинают раздуваться.

— Он предоставил мне доказательства измены моего мужа.

— Вы были замужем?!.. - восклицаю ошеломленно.

— Была... - продолжает улыбаться, но от улыбки ее мое сердце сжимается от жалости, - Целых три года.

— И что же он сделал?

— Подкинул фото, на которых мой муж с любовницей, а когда понял, что у меня еще остались сомнения, отправил эту девицу ко мне.

— Он ее нанял? - догадываюсь я.

— Да... только выяснилось это гораздо позже, - она поднимает голову к потолку и смотрит на него несколько долгих секунд, потом тихонько шмыгает носом и возвращает взгляд ко мне, - Когда мой муж переболел расставание, женился на другой и сделал ей ребенка.

— О, Господи!.. - сиплю я и порывисто закрываю лицо руками.

От осознания того, что пришлось пережить Елене Николаевне горло дерет изнутри, и глаза наполняются слезами. Я пропускаю первый всхлип и вдруг понимаю, что плачу!

Подонок Цариев не гнушался самыми изощренными, самыми грязными методами, чтобы калечить людям жизни! Как же это похоже на то, что он сделал со мной и Владом!

— Майя!.. Боже! - восклицает она, - Ты что, собираешься плакать?

— Нет... нет, - мотаю головой, делая судорожные вдохи, - Я просто в таком шоке сейчас!

— Это было давно.

— Да какая разница?! Он разрушил вашу семью!

— Я тоже виновата... я ему поверила.

— А как было не поверить, когда к вам явилась сама якобы любовница?! Любая поверила бы!

— Да...

— Только зачем?.. Зачем ему это было нужно?

Елена Николаевна проводит по лицу тонкой ладонью, аккуратно вправляет выбившуюся прядь в прическу и кончиками указательных пальцев касается внутренних уголков глаз.

— Он не хотел претендентов на имущество нашего со Светланой отца, кроме собственных детей.

Сказанное ею не укладывается в моей голове. Чувствуя, как желудок сжимается в комок, я смотрю на нее во все глаза и не могу вымолвить ни слова.

— Наш отец владел не только недвижимостью, - продолжает она как человек, за истечением срока давности смотрящий на ту ситуацию как со стороны и поэтому, не так эмоционально, как я, - У него были акции прибыльных компаний, оформленные на подставных лиц. Мой муж как раз был начальником одного из отделов фирмы, и по логике вещей эти акции должны были перейти нам с ним и нашим детям, если бы они у нас родились.