Книга А кофе с меня, страница 28 – Элфи Рид

Она открыла рот, явно собираясь высказать мне всё, что думает о моем неуместном джентльменстве, но кассир уже протянул нам чеки, пожелав что-то улыбчивое на итальянском. Спорить при свидетелях гордость ей не позволила.

Мы вышли из магазинчика, и я кивнул в сторону небольшой кофейни в трех шагах от нас. Там за стойкой уже стояли местные — кто-то пил эспрессо залпом, кто-то листал книгу, кто-то громко спорил с баристой.

Из кофемашины шёл пар.

— Пошли за нормальным кофе, — сказал я. — Не помешает американо.

Ульяна посмотрела сначала на залитые солнцем окна кофейни, потом на меня. Секунду колебалась, взвешивая свои внутренние границы. А в итоге неожиданно спокойно ответила:

— Тогда кофе с меня. Без вариантов. Я удивлённо усмехнулся, но спорить не стал.

— У тебя точно температуры нет?

— Не порть момент.

Она подошла к стойке первой.

— Un cappuccino con latte di mandorla e un caffè americano, per favore.

Бариста расплылся в белозубой улыбке, что-то быстро ответил ей на итальянском и тут же принялся колдовать над холдером. Я облокотился на стойку рядом и поймал себя на том, что мне нравится смотреть, как она здесь выглядит.

Будто совершенно на своём месте. Без спешки. Без вечной колючести. Просто девчонка в спортивной форме ранним утром в маленькой кофейне.

— Ты говоришь на итальянском? — удивлённо спросил я, пока мы ждали заказы.

— Нет. Мои познания заканчиваются примерно на песнях Эроса Рамазотти.

— Уже неплохо.

— И ещё я знаю «pasta», «pizza» и «grazie». Практически местная.

Я усмехнулся.

— Опасный уровень интеграции.

Она довольно пожала плечами и забрала свой капучино.

Обратно к дому мы шли заметно медленнее. Город уже окончательно стряхнул с себя остатки сна. На узких улицах стало больше людей, с грохотом открывались железные ставни магазинов. Мимо нас, лениво насвистывая под нос весёлый мотивчик, проехал пожилой итальянец на старом, дребезжащем велосипеде. Солнце постепенно заливало каменные мостовые плотным, тёплым золотым светом.

Мы свернули к нашему дому и начали подниматься по старой каменной лестнице. Ульяна шла впереди, держа в одной руке пакет с продуктами, в другой — кофе.

Я машинально забрал у неё пакет.

Она оглянулась через плечо.

— Самойлов.

— Что?

— Ты сегодня подозрительно нормальный.

Я тихо усмехнулся.

— Не привыкай.

Мы поднялись на третий этаж уже без утренней спешки, в размеренном, комфортном темпе. После пробежки мышцы ног приятно гудели, наливаясь тяжестью, а квартира встретила нас прохладой и ленивым утренним шумом.

Из кухни доносились голоса.

— Я тебе говорю, итальянцы не завтракают нормально, — возмущался Стас. — Это не еда, а издевательство. Круассан и кофе — всё.

— Потому что они не уничтожают таз майонезного салата с утра, — флегматично парировал Игорь.

— Мужчина должен завтракать плотно, основательно!

Постепенно квартира снова начала пустеть.

Лена ушла созваниваться по работе на верхнюю террасу, даже в отпуске умудряясь жестко и бескомпромиссно обсуждать какие-то крупные сделки. Игорь силой потащил Стаса в кофейню на первом этаже, громко заявив на весь коридор, что «ему срочно нужен нормальный эспрессо от профессионала, а не вот это вот домашнее растворимое безобразие». Юлька исчезла где-то между ванной и гардеробом, воодушевленно напевая себе под нос ту самую итальянскую песню, которую вчера услышала на яхте.