Книга Тени Грейфолла 1, страница 72 – Алекс Кош

А вот Себастиан, в отличие от офицера секуритате, думал исключительно о расследовании. Ему не терпелось проверить сигнальные артефакты на местах убийств нескольких жертв Вивисектора, и сделать это можно было довольно простым способом. Подходящий инструмент лежал у Себастиана во внутреннем кармане, в свинцовой коробочке размером с табакерку.

Первой в списке стояла как раз та самая красильня. По дороге к ней истребитель сделал небольшой крюк и остановился посреди улицы со множеством дорогих лавок. По теории вероятности хотя бы несколько из них точно не должны были обслуживаться злосчастной компанией «Гельд и сыновья», а значит, сигнальные артефакты должны среагировать на появление опасной твари. Себастиан встал у одной из витрин, будто разглядывая новую коллекцию хрустальной посуды, вынул коробочку, отщелкнул три прочных крючка и приоткрыл крышку на палец. Изнутри недовольно зашипело. Внутри этой и соседней лавки мгновенно взвыли разноголосые сирены, из дверей ближайшего здания тут же вылетел хозяин с жезлом наперевес, следом из соседней двери высунулись ещё два охранника, и вся троица принялась дико озираться в поисках твари. Себастиан захлопнул крышку, сочувственно покачал головой, посоветовал проверить настройки — ложные срабатывания нынче не редкость, и неторопливо пошел дальше. Проверка прошла вполне успешно — «звонарь» отработал как надо.

Официально существо в коробочке именовалось в реестре Ордена длинно и скучно, но истребители звали его жуком-звонарем, потому что ни одна сигнализация от тварей из Пустошей, даже самая слабенькая, не могла промолчать в его присутствии. Жук размером с крупный каштан, с панцирем цвета вороненой стали, обладал редчайшим свойством: его аура фонила, как у твари четвертого уровня опасности, хоть сам относился лишь к первому. Там эта его особенность успешно отпугивала хищников, а в городах сводила с ума любые охранные артефакты за десяток шагов. Ловля звонаря считалась среди истребителей особым видом самоубийства, поскольку жук прогрызал жвалами каленую сталь и плевался ядом, от которого на неделю отнимались конечности. Себастиану его коробочка обошлась в гонорар за полноценную охоту, изнутри ее пришлось выложить вулканическим стеклом, единственным материалом, который эта дрянь не жрала, а кормить жука приходилось серебряной стружкой, что делало его самым дорогим нахлебником в его жизни. Зато лучшего проверщика сигнализаций не существовало в природе.

Красильня стояла всего в квартале от канала: из двора тянуло уксусом и мокрой шерстью, ворота были открыты нараспашку, и рабочие закатывали бочки на склад. Себастиан обошел здание с тыла, дождался, пока двор опустеет, и скользнул внутрь через боковую дверь. Подвал, где нашли целительницу, все еще пустовал, а выломанный дверной косяк так и не починили. А над лестницей в контору, точно там, где ему положено быть, висел на кованом кронштейне сигнальный кристалл в латунном кожухе, покрытый пылью и мерцающий едва заметным огоньком заряда. Себастиан встал под ним, огляделся и приоткрыл коробочку с жуком внутри. Увы, но кристалл не мигнул, и не издал ни единого звука, хотя тварь из Пустошей дышала ему в кожух с расстояния вытянутой руки. Истребитель подождал для верности десяток ударов сердца, закрыл коробочку и вышел тем же путем.