Книга Тени Грейфолла 2, страница 36 – Алекс Кош

— Где его найти?

— Сегодня нигде, он ещё на простреленную ногу жаловался и пропустил осаду города. Но завтра к вечеру наверняка будет здесь. — Управляющий вернулся к бумагам, продемонстрировав свою блестящую лысину. — И, Ворон. Если ты собираешься с ним разговаривать, то постарайся обойтись без насилия, всё-таки он истребитель, пусть и с не слишком приятным характером.

— Я само обаяние.

— Именно этого я и боюсь.

— И ещё, я не вижу Ирен в зале. Она уже спит или работает в лаборатории? Хотел с ней поговорить по поводу своего расследования.

Мейз пожал плечами.

— Она не любит праздники и толпы людей, поэтому прячется внизу. — Когда Себастиан развернулся и направился лестнице, управляющий крикнул ему вслед: — И не вздумай пользоваться нашей лабораторией для обработки реагентов! Не знаю, какой ты там мастер, но пожар нам тут не нужен!

В подвал Себастиан спустился в четвертом часу утра и обнаружил под дверью полоску света. Табличка на двери уже привычно сообщала: «Лаборатория. НЕ ВХОДИТЬ. Это касается и вас, Мейз». Себастиан постучал, дождался невнятного отклика и вошёл.

Ирен Хольт сидела за столом, подперев щеку ладонью, и рассматривала под увеличительным кристаллом что-то маленькое и бурое. Пепельные волосы были собраны в узел, из которого торчал скальпель. Судя по количеству кружек на столе, спала она за последние два дня примерно столько же, сколько Себастиан, то есть нисколько.

— Наверху пьют, — сообщила она вместо приветствия. — Третий час. И поют, что ещё хуже.

— У Кочерги неплохой баритон, — заметил Себастиан.

— Но я ни разу не встречала истребителя с хорошим слухом, будто это какая-то профессиональная деформация. — Ирен наконец подняла голову. — Вы вовремя, лер де Грейв, у меня для вас две новости, и обе вам не понравятся. Сначала кровь.

— Слушаю.

— Помните образец с подоконника, который вы принесли неделю назад? Я гоняла его по разным тестам и получила один и тот же результат, в который сама так до конца и не поверила. — Она подвинула к нему лист с записями. — В этой крови смешаны не два, а три источника. Человеческий, звериный и небольшая толика третьего, который я не могу определить, потому что ни на что известное он не похож.

— А поточнее?

— Точнее не будет. Я двенадцать лет вскрываю тварей и знаю кровь множества их видов, а этот образец не подходит ни к одному. Ближе всего он по структуре к эльфийской крови, но она светится под реагентом не так ярко. Этот же так блестит словно какой-то концентрированный состав.

Себастиан очень аккуратно поставил на край стола сумку, которую притащил с бойни.

— Тогда садитесь поудобнее, доктор. У меня для вас тоже кое-что есть, и об этом не должен знать никто, включая Мейза, секуритате и вообще кого бы то ни было ещё вне этой лаборатории.

Женщина довольно потерла ладони, а её светло-серые глаза сверкнули нетерпением.

— Заинтриговали!

Себастиан выкладывал на стол одну находку за другой: банку с бракованным образцом, сшитым из предплечья человека и твари, солому из ледника, на которой оставались следы эльфа, пробу войлока из стального ящика. А еще был обломок кованого кольца, к которому крепилась цепь, медный жетон из прачечной, пуговица и детский ботиночек.

Он подробно описал все, что увидел в здании заброшенной бойни. Четырнадцать ледников, переделанных в камеры. Операционная, облицованная плиткой, со стоком для крови, выходящим прямо в канал. Стеллажи со следами от банок в пыли. Четыре контейнера в человеческий рост с алхимическими горелками в поддонах, которые к его приходу еще не остыли. Он рассказал все, кроме одного: про герб рода на дверях камер Себастиан всё же промолчал, и сам себе объяснил это тем, что доктору Хольт эта деталь ничем не поможет.