Книга Всматриваясь в пропасть, страница 31 – Евгения Михайлова

Валентина прикоснулась губами ко лбу ребенка. Ваня, кажется, уснул или просто закрыл глаза от изнеможения. Лобик был горячим и влажным, ладошки ледяные, дыхание прерывистое, из пересохшего приоткрытого рта вместе с подавленным плачем вырываются отдельные слова. Валентина поняла только два: «Я боюсь».

У нее нет часов. Телефон она уронила в кухне, когда они убегали. Схватила только со стола пакет с бутылкой молока и батоном. Это было утром. Сейчас, наверное, ночь. Ваня выпил молоко, они вместе съели по кусочку батона, растягивали его, как могли. И мальчик уже давно, несколько часов, наверное, просит пить. В подвале есть кран, но Валентина не может его открутить своими руками, окровавленными и разорванными до костей. Она сняла свою блузку и собирала капли сырости со стен и труб, затем прикладывала ее к запекшимся губам ребенка.

Я боюсь… Эти слова разрывали ее сердце. Они с Игорем спасали этого золотого мальчика, который уже познал всю боль и мерзость жизни, для того, чтобы он никогда и никого не боялся. Но ничего не вышло. Игоря нет, а они с Ваней бегут от жестоких и кровожадных подонков, прячутся в пустом и грязном подвале. Сердце Валентины болит так страшно, что у нее мелькает мысль об инфаркте, о мгновенной смерти. Рядом с беспомощным ребенком, который никогда не сможет сам отсюда выбраться. И эта картинка – погибающий в полном одиночестве Ваня – рождает в ней такую ненависть, такую ярость, что боль тает в огне, отступает, будто испуганный враг на поле боя.

Наконец ребенок крепко уснул, ровно задышал, крепко прижавшись к Валентине. Она постелила ему свою куртку, укрыла шерстяной юбкой, под голову положила свои сапоги, закутав курткой. Сама лежала, полуголая, на бетоне и горела, работая в режиме источника спасительного тепла для Вани. Как же она его любит. Даже сейчас, в этом аду, Валентина ощущает его присутствие рядом и свою любовь как великий дар и благо.

Она не могла шевельнуться, чтобы не разбудить ребенка, и стала вспоминать ясно и подробно, по порядку, все, что произошло.

Рано утром, перед своей работой, к ним приехал Алексей. Он заезжает строго через день. Надолго остается только в субботу или воскресенье. Привозит обычно продукты впрок из хороших магазинов, Ване книжку, игрушку, иногда что-то яркое и необычное из одежды. Валентина взяла его пакет и отправилась на кухню – выложила продукты в холодильник и начала готовить обед.

Внезапно в дверь позвонили. Валентина подошла и, как Алексей ей строго велел, сначала посмотрела на экран видеокамеры. На площадке стоял слесарь Степан, которого она вызывает, когда у них что-то случается. Сейчас Валентина ему не звонила, но, вероятно, авария у соседей сверху, так часто бывает, – и Степа пришел проверить, не протекло ли на них.

Она открыла, приветливо спросила:

— Что-то опять у соседей протекло, Степа? Заходи, посмотри. Вроде бы у нас ничего.

Степа выглядел странно, был бледным, что-то невразумительное промямлил… И тут его просто смели с пути три фигуры в черном с балаклавами на головах…

Какой-то кусок происходившего полностью выпал из памяти Валентины. Она в тот момент вся стала паническим ужасом и слышала только стук собственной крови в висках: это случилось, этот кошмар мне не снится.

Когда Валентина сумела сделать несколько шагов окаменевшими ногами и добралась до порога гостиной, она увидела страшное: Алексей со связанными руками сидел в кресле, его лицо уже было одной кровавой раной, а эти черные убийцы продолжали его избивать. Валентина оглянулась в поисках Вани, но не увидела его. Помнит, как подумала: надо добраться до кухни, там телефон… Потом она видит себя в кухне, берет со стола телефон… Вдруг сильная, как будто металлическая рука в перчатке бьет ее по лицу, чудовище вырывает из рук телефон, легко ломает его, бросает на пол и давит каблуком высокого ботинка.