Книга Остров Время, страница 77 – Евгения Михайлова

— Я бы поехал с вами к ним.

— А я как раз собирался тебя об этом попросить.

Частная клиника доктора Боголепова располагалась в живописном и малолюдном поселке Подмосковья, в семейном трехэтажном особняке. Поселок был охраняемый, у ворот особняка — будка частной охраны.

Александр Васильевич с Сергеем решили поехать к осиротевшим наследникам уже после похорон. Сын сказал, что им с сестрой хочется проститься с отцом так, как они жили, — без знакомых и даже друзей.

— Мы никого не хотим обидеть, но эти последние минуты мы должны провести с папой так, как жили и любили. Мы втроем — одиночки, которым только семья давала ощущение покоя и счастья. Яна до сих пор практически никуда не выходит. Мы с папой дали ей многое, о чем мечтала бы любая девушка. Мы пробились к замыслу природы, которая наградила ее красотой, но люди сразу уничтожили ее и не дали никому ее даже увидеть. Вы же сами знаете, каким маленьким уродцем ее папа отбил у того ублюдка-садиста. Сейчас внешне все наоборот, но она боится любого внимания, чужое восхищение ее приводит только в ужас. Она открыла для себя счастье покоя в семье. Именно в нашей семье.

Договорились они провести совместный вечер через неделю.

Поселок в девять часов вечера был похож на картинку из книги сказок. Красивые небольшие домики, очень чистые дворы и улицы, свежая зелень, аромат наступившей весны и освещенные окна за разнообразными уютными занавесками. Людей на улицах не было, тут, видимо, собрались только любители семейного покоя.

— Отличный выбор для клиники пластической хирургии и для жизни, подаренной одной маленькой и обреченной жертве, — произнес Масленников. — Только так и спасают попавшего в страшный переплет беспомощного человека. Ему сразу дают все, о чем он мог и боялся мечтать. Но вот в чем беда: никто никому не может гарантировать бессмертие. Мне очень не по себе, когда я думаю, что та несчастная, забитая девочка Яна не готова остаться без своего главного спасителя. Брат — это все же другое.

— Но время многое меняет, — ответил Сергей. — Даже для убежденного одиночки и трусихи. Между Яной и Артемом такая разница в возрасте, что он может занять место главного спасителя. А потом она продолжит взрослеть и умнеть, и, если ничего из ее страхов не вернется, она почувствует доверие и к кому-то еще.

— Понятно, что хорошее развитие истории возможно, — согласился Масленников. — Но всегда остается «если». Если ничего не случится.

Их ждали. Охранник провел их на крыльцо, где стоял, улыбаясь, высокий мужчина в очках.

— Вы меня узнали, дядя Саша? — протянул он руку Масленникову. — Я помню, что так вас называл, когда вы нас еще не бросили совсем.

— Я вас не бросал, Артем, — обнял его Масленников. — Мы просто немного потерялись по жизни. И сейчас я об этом горько сожалею. Но таковы наши жизни. Знакомься, это Сергей Кольцов, он мой друг, соратник и частный детектив. Он тоже потрясен вашим несчастьем и очень впечатлен историей вашей семьи и дела Боголеповых.

— Очень рад, — протянул Сергею руку Артем. — Прошу сразу к столу. Мы с Яной с утра готовили. Она волнуется: у нас гости редки.

Они вошли в большую столовую, изящно и скромно обставленную, с панорамными окнами, из которых, кажется, был виден весь поселок. Им навстречу шагнула миниатюрная, очень стройная девушка в трикотажном платье с мелкими белыми ромашками по черному фону. Платье было украшено белым кружевным воротничком и такими же манжетами. Отличный выбор для человека, переживающего горе, но не собирающегося делить его с другими. Яна была одета только для знакомства с новыми друзьями. Но не это поразило гостей. У Масленникова и Кольцова синхронно перехватило дыхание от всего облика этой девушки. В ней не было ничего кричащего, показного, но удивительное сочетание нежности и света поражало. Это было явление гармонии и совершенства.