Книга Неживой свидетель, страница 104 – Валерий Шарапов

— Кстати, Михайлов жаловался, что грузчики перепутали ряды, пока разгружали лом, — напомнил Ефимов.

— Верно. В ночь на восьмое. Но нам это ни о чем не говорит, ткань привезли четвертого.

— Может, грузчики проверяли, на месте ли их сокровище?

Бурцев согласился с доводом. Четвертого сентября грузчики, забирая ящики с машины Погодаева, сообразили, что прибыла мануфактура. Сами они забрать ткань побоялись, чтобы не навлечь на себя подозрений, поэтому оповестили бандитов. Люди Медведя стали следить за складом, планируя ограбление. Наступило восьмое число, близилась отправка большой партии лома на переплавку, поэтому грузчики проверили мануфактуру и перепрятали ее, надежно укрыв среди железяк. Это и заметил Михайлов той же ночью, заступив на смену, но понял перестановку лома по-своему, принял за неаккуратность.

— Пойду извинюсь перед Погодаевым и распоряжусь довезти его до дома, — удовлетворенно сказал Бурцев. — А ты, Гаврилыч, зови Рудзиева и собирай команду. Рассмотрим бригаду грузчиков под микроскопом.

Микроскоп не понадобился, Рудзиев провел первоклассное исследование, тщательно перетряхнув биографию каждого из четверых в бригаде — Акентьева, Василькова, Ермилова, Малютина. Первые трое не привлекались, тогда как Григорий Алексеевич Малютин в 1924 году, в возрасте 21 года, арестовывался за хулиганство. Казалось бы, пустячок — чего не случится по молодости! Может, из-за девушки с соперником подрался в кинотеатре? С половиной парней такое приключалось, наверное. В том аресте, однако, имелась примечательная деталь: Григория взяли вместе с его старшим братом Борисом.

Борис Малютин на девять лет старше брата, то есть в 1924 году ему стукнуло тридцать лет. С какой стати зрелому мужчине участвовать в хулиганской выходке юнца? Рудзиев принял во внимание, что порой милиция принимает за хулиганство неудачные попытки краж и ограблений. Настораживал также и возраст Бориса, которому сегодня должно быть пятьдесят девять лет. Скорее всего, в волосах Малютина уже есть седина. Неужели Медведь? Младший лейтенант принялся скрупулезно собирать материал на Бориса и вышел на оперативника из отдела краж, капитана Станислава Прохоровича Зверева.

* * *

Капитан Зверев охотно согласился поделиться с опергруппой Бурцева всем, что знает о Борисе Малютине.

Будущий вор в законе родился в 1894 году в семье потомственного купца, однако волею судеб во время эпидемии холеры рано осиротел и оказался на улице. С детских лет Борису пришлось воровать, чтобы выжить, начинал с карманных краж и воровства еды на рынках. К началу 1910-х годов Малютин приобрел криминальный опыт и начал набирать вес в уголовной среде. Он быстро усвоил, что одиночке долго не продержаться, поэтому сколотил банду. Первое по-настоящему серьезное дело Малютин провернул в 1912 году — ограбление ювелирной лавки. Преступление было тщательно спланировано: бандиты проникли через крышу, обезвредили сторожа и вынесли драгоценности на сумму более двух тысяч рублей. Несмотря на масштаб преступления, следствию не удалось собрать достаточно улик — главарь действовал расчетливо, оставляя минимум следов.

До октября 1917-го Малютин успел отметиться в серии краж из частных домов и магазинов. Его банда славилась тем, что не оставляла свидетелей в живых. На местах убийств Малютин весьма театрально оставлял подпись «Черный барон». Была ли это кличка? Возможно. Зверев затруднялся ответить, поскольку в силу своего извращенного артистизма Борис любил менять клички раз в два-три года. Вчера он Черный барон, сегодня Трефовый туз, завтра еще кто-нибудь. О прозвище Медведь капитан услышал впервые, но нисколько не удивился.