Книга Таежная банда, страница 96 – Валерий Шарапов

Рудгер еще вздрагивал, потом перестал. Егор перевернул его, низко нагнулся. Мутный лунный свет отразился в распахнутых глазах мертвеца. Кровь вытекала на траву. Подбежала Алла, села рядом.

— Ты убил его? — Она волновалась, зубы выстукивали чечетку.

— Конец подонку… — прошептал Егор. — Знаешь, он облегчил нам жизнь этой попыткой сбежать. Его нельзя было оставлять в живых, тем более отпускать. Но и стрелять в безоружных, какими бы подонками они ни были, — не мое… Сам виноват… да чтоб его там в аду черти забрали…

Он схватил мертвеца за ноги, втащил в кустарник, заволок в какую-то яму. Выбрался обратно, осмотрелся. До окраин райцентра здесь было километра два, выстрелы могли слышать. Но и что с того? Время нынче сложное, часто стреляют… Алла сидела в траве, обхватив плечи. Егор пристроился рядом, поставил пистолет на предохранитель.

— Егор, я все понимаю… — прошептала Алла. — Эти твари поставили себя выше всех, они не должны жить. Но, убивая их без суда и следствия, мы сами становимся такими же…

Егор перевел дыхание — отпустило.

— Мы никогда не станем такими же, — возразил он. — Скажи, какой был выбор? Тащить его в КПЗ — без обоснований, без доказательств? Он выйдет завтра, а потом достанется всему райотделу… Все в порядке, мы узнали, что хотели, наказали убийц Федора Кузьмича, с себя временно сняли угрозу… Вставай, надо ехать. Завтра самый обыкновенный рабочий день…

Упомянутый рабочий день вышел укороченным. Майор Проничев выражал крайнее недовольство вчерашним отсутствием оперативников. Приходилось врать и изворачиваться. Куда-то пропал приезжий прокурор из области. Запил, что ли? С местной бабенкой познакомился? Майора Проничева тяготила его нынешняя должность, не любил он по горло погружаться в работу и нести ответственность за уйму народа. Подполковник Буровой ему ничем помочь не мог — лежал в больнице. Состояние стабилизировалось, но ни о какой поправке речь не шла.

Пришлось съездить на улицу Заболуева, где вчера зафиксировали поножовщину. Мирные граждане, к счастью, не пострадали и были даже рады случившемуся. Двое местных дебоширов по пьяни чего-то не поделили, сцепились между собой. Один из них умер, не приходя в сознание, по дороге в больницу, второй был жив, но прогнозы неутешительные. Бабушки с улицы Заболуева украдкой крестились. Жалко, конечно, эти грешные души, но… Неужели настала светлая пора и теперь можно жить спокойно? Оперативники составляли протоколы, опрашивали довольных очевидцев. Егор искренне недоумевал: он здесь зачем?

Погода неудержимо портилась, резко похолодало, сгустились тучи, но проливные дожди пока задерживались. Приходилось утепляться. Только к четырем часам пополудни выдалась свободная минутка. Алла сидела за столом и с каким-то странным выражением поглядывала на Егора.

— Хочешь сказать, что мы неплохо сработались, и не могу ли я остаться в Болотнинске, чтобы вместе с тобой восстанавливать мощь уголовного розыска? — догадался Егор.

— Да, это было бы неплохо, — согласилась Алла. — Знаешь, на какое-то время я даже забыла, в каком положении мы находимся…

Тучи сгущались — во всех имеющихся смыслах. Прибежал младший сержант Цыпленков, ранее получивший приказ докладывать обо всем необычном, принес неутешительные новости. Пятнадцать минут назад с электрички, прибывшей из Новосибирска, сошли шестеро мужчин. Крепкие, невозмутимые, с суровыми лицами. Одеты в темные кожаные куртки — добротные, явно импортные. У них при себе был багаж, но носильщиков не нанимали, справлялись сами. Они уверенно прошли по перрону, поднялись на виадук. Явно имели представление, куда идти. На выходе в город сотрудники линейного отделения милиции вежливо попросили предъявить документы. Пришельцы спорить не стали, предъявили. Сотрудники сразу стушевались, отдали честь и пожелали гостям города удачно провести время. Но договоренность имелась — сразу сообщили дежурному в райотдел.