Книга Таежная банда, страница 88 – Валерий Шарапов

— Да, стены не очень, — согласился эксперт. — Не скажу, что картонные, но… не очень толстые.

— Тогда странно, — пожал плечами Егор. — Смотришь на эту комнату, и создается ощущение, что здесь Мамай прошел. Стулья перевернуты, горшок на полу. То есть шуметь должны были изрядно. Но не шумели? Соседи ничего не слышали — ни сбоку, ни снизу?

— Логично, — согласился эксперт. — Иначе еще вечером в набат бы забили. Вы это к чему, уважаемый?

— Инсценировка ограбления, — предположил Егор. — Вошел в квартиру, заткнул старику рот, потащил его в комнату, стал наносить удары… Тут много шума не требуется. Тело придержал, чтобы громко не падало. Перевернул горшок, высыпал землю, перевернул стулья. Выдвинул ящики, распахнул шкафы, кое-что из них повыбрасывал для видимости — как видите, только мягкое, в основном одежду.

— Все верно подмечено, уважаемый, — признал Комиссаров. — Люди в это время еще не спят, позвонили бы в милицию. Но вам решать, что здесь произошло, — это ваша работа. А мы удалимся, с вашего позволения, свою работу сделали. Тело скоро заберут. Горячо надеемся, что убийца Федора Кузьмича не останется безнаказанным.

Эксперты удалились. Прибыли люди с санитарной машиной, увезли тело. Егор стоял на лестничной площадке, жадно курил. Алла села на ступеньку, обхватила голову.

— Боже мой, Федор Кузьмич… — Она никак не могла прийти в себя. — Как же так? Вчера ребят похоронили, а сегодня он… Что происходит, Бурлак? Ты считаешь… это не ограбление?

— Нет, конечно. Деньги могли забрать для отвода глаз…

— Но зачем? Кому навредил Федор Кузьмич?

— Во-первых, он слишком много знал, — вздохнул Егор. — Он добывал информацию для твоего мужа, добывал для нас. Понятно, что выдал свою заинтересованность — через того же знакомого в Новосибирске например. Они убрали информированного человека — это логично. Таковых осталось двое — ты да я. Есть и вторая причина: нам наглядно демонстрируют, что будет, если останемся несговорчивыми…

— И мы смиримся? — Алла грустно смотрела ему в глаза.

Егора затрясло — он насилу сдерживал дрожь. Что за звери такие, считают, что им все позволено, что они единственная верховная власть, а люди — расходный материал… Вспомнились слова Рудгера в кабинете: «Что, Бурлак, сделать так, чтобы ты пожалел еще до завтрашнего вечера?» Эти люди уже хренеют от собственной безнаказанности… Но это были только слова. Отсутствовали доказательства, что Рудгер причастен к последнему злодеянию…

— Мы не смиримся, — пообещал он. — Эти твари своими действиями добьются ровно обратного эффекта… Теперь это личное, Алла. Нужно вычислить убийцу.

Сотрудники со двора пока не уехали. Ждали, когда следователь опечатает квартиру. Вездесущий Цыпленков тоже был здесь — но уже какой-то понурый, растерянный. Егор поманил его — паренек помялся, но подошел.

— Не утратил еще желания стать опером, тезка? — поинтересовался Егор.

Младший сержант решительно помотал головой. Конечно, умирают ведь другие.

— В таком случае ставьте, Алла Викторовна, задачу будущему оперуполномоченному.

Алла приходила в себя, заработала голова. Инструкции были несложные. Младший сержант внимательно слушал, иногда кивал.

— Работать в нашем отделе больше некому, — подытожила Алла. — Погиб весь личный состав… ну, кроме меня. Егор Михайлович не имеет полномочий, любой гражданин, которого он возьмется опрашивать, имеет право его послать подальше. Из меня сегодня тоже работник неважнецкий…