Книга Таежная банда, страница 69 – Валерий Шарапов

Возникало ощущение какой-то незавершенности. Но рюкзак был увесист и никуда не пропадал. Лицезреть его могла вся честная компания — что и делали, не задавая, впрочем, лишних вопросов. Цыпленков теперь посматривал на Егора с каким-то настораживающим уважением.

— Блохин, — прохрипел старшина, морщась от боли, — связывайся по рации с водилой, пусть дует сюда. Не нам же тащиться в такую даль.

— А как он сюда проедет? — недоумевая, спросил Блохин.

— А мне какое дело? — прорычал Клочков. — Пусть как хочет, так и едет! Смекалка ему на что дана?

Водитель полуторки в итоге пробился к заброшенным оловянным выработкам. Приволочь за собой на буксире отделенческий газик он, к сожалению, не мог. Люди погрузились в машину. Часть пути пришлось проехать с ними. Скрипел зубами и вскрикивал от каждого толчка старшина, ругался: он на вечер планировал другие дела, а никак не ложиться в больницу! У газика Егор и Алла сошли.

— За нами поедете? — спросил водитель. — Можем подождать.

— Поезжайте уж, — отмахнулась Алла. — Сами уже не маленькие, доберемся.

Полуторка ушла, тряся бортами, Алла как-то отрешенно смотрела ей вслед. Потом уставилась на рюкзак, который Егор забросил на заднее сиденье. Забралась в машину, стала развязывать тесемки. Егор покосился по сторонам. Не стоило забывать про сбежавшего Варана (явного бойца некоего секретного подразделения). Но вряд ли он бежал вприпрыжку за машиной все восемь километров. Егор сел рядом, смотрел, как Алла вытряхивает из рюкзака содержимое. Ох уж это неистощимое любопытство…

— Документы на разные случаи жизни, — объявила Алла, разворачивая двухслойную упаковочную бумагу. Перебрала жиденькую стопку паспортов, завернула обратно. — Потом разберемся. — Положила на сиденье промасленный наган, коробочку с патронами. — У него в руках был ТТ. С этим понятно, — извлекла еще один сверток, заглянула внутрь. — Денежные средства, советские рубли… На глазок тысяч десять — на полгода безбедной жизни должно было хватить… А вот это что-то потяжелее… — На свет появилась продолговатая шкатулка, она ее потрясла, заглянула внутрь. — Ничего себе… — Алла сглотнула. — Полюбуйся, ты когда-нибудь такое видел?

Шкатулка наполовину была заполнена ювелирными изделиями — золотыми кольцами, сережками, какими-то брошками, кулонами, колье, цепочками. Драгоценности от долгого пребывания в темноте даже не потускнели. Алла прикоснулась к бриллиантовому колье, быстро отдернула руку, словно оно было под напряжением, зажмурилась и захлопнула шкатулку.

— Правильно, — усмехнулся Егор. — Мы ничего не видели. Не наше это. Советский человек может обойтись и без этих побрякушек.

— Ты совершенно прав, — подтвердила Алла. — Особенно если представить, с кого и при каких обстоятельствах все это сняли.

Она достала увесистый матерчатый мешочек, развязала завязки, развернула. Перебрала кучку тускло поблескивающих крупных монет с круговой чеканкой. На одних был изображен «невинно убиенный» советской властью император Николай — в виде профиля, с аккуратной бородкой, на других — видимо, он же, только в полный рост. Монет было много.

— Из золота, что ли? — растерянно пробормотала Алла.

— Точно не из шоколада, — кивнул Егор. — Так называемые золотые царские червонцы — номиналом в десять рублей, но на самом деле в тысячу раз дороже. «Червонцы» — потому что из червонного золота наивысшей пробы… Ну что ж, Варану было ради чего сидеть. Это не все?