Книга Шиша. Изгоняющие бесов, страница 148 – Полина Луговцова

— Подобные книги называли отреченными, – сообщила Дина, которая успела загуглить эту тему. – «Это разного рода волшебные, чародейные, гадательные и всякие от церкви возбраняемые книги и писания, – принялась зачитывать она, – которые появились на Руси благодаря купцам, привозившим их из Византии, Болгарии и Западной Европы. К отреченным также причислялись листы и тетради с записями, содержавшими народные заговоры, приметы и суеверные наставления. Согласно постановлениям Стоглавого собора 1551 года, все богомерзкие писания подлежали уничтожению огнем». – Дина вскинула голову, отвлекаясь от телефона, и обвела взглядом стеллажи. – Удивительно, что при таких суровых законах Агантию Латкину удалось сохранить огромное количество книг.

— Поэтому он и прятал их в подвале, а вход замаскировал напольными часами, – сказал Роман, листая пыльный увесистый фолиант. Глаза его азартно поблескивали в свете фонаря.

— С таким багажом колдовских знаний можно чародейную школу открывать. – Стас тоже увлеченно копался на книжных полках.

— Хм… интересная мысль! – откликнулся Роман. – Школа не школа, а для моего магического салона эти книги – просто находка. Пожалуй, прихвачу с собой немного колдовской литературы.

— А я б не стал отсюда ничего брать. – Стас с сомнением покосился на Романа. – Все-таки это купеческое добро.

— Надо же, какой правильный! – Роман презрительно фыркнул. – Скажи еще, что воровать некрасиво, ага! А знаешь ли ты, что дед Ерофей выкрал «Кудесник» и другие книги у Алой Бороды и только поэтому победил его? Так что, если воровство во благо, то это вовсе и не грех.

— Откуда ты знаешь, что он их выкрал? – недоверчиво спросил Стас.

— Так ведь он сам сказал. Я же теперь собачий язык понимаю, и не только язык, но и мысли, а душа деда Ерофея находится в моем Громе, и мы с ним ментально общаемся. Кстати, дед Ерофей говорит, что не поедет с нами в город, он свою миссию выполнил и собирается выселиться из Грома, чтобы отправиться на покой, в Яснополье, где его ждут родные.

Услышав это, Лукерья присела рядом с Громом, обняла его за шею и зашептала что-то. Потом вдруг растерянно посмотрела на Романа, словно собиралась с ним заговорить, но в конце концов обратилась к Илье:

— Ты ведь тоже можешь прочитать заклинание на толкование языков? Поможешь мне поговорить с дедом Ерофеем?

Илья кивнул:

— Только надо подняться наверх: «Кудесник» остался в кухне.

Они втроем ушли: Лукерья, Илья и Гром. Роман проводил ревнивым взглядом своего четвероногого друга и вздохнул:

— Похоже, мне придется заводить новую собаку.

* * *

Из Дивноречья выехали только к вечеру, словно оно не хотело их отпускать. Когда Аглая и Дина собрали вещи, все расселись по машинам (Лукерья и Гром расположились в джипе Ильи, а остальные – в легковушке Стаса), и тронулись в путь, их остановил телефонный звонок Варвары: она позвонила Дине и сообщила о том, что уже давно нашла телефон Аглаи, но забыла об этом и только сейчас вспомнила. Пришлось им заехать в администрацию музейного комплекса за телефоном. Узнав о том, что они покидают Дивноречье, Варвара уговорила их «присесть на дорожку» и налила им чаю. Она болтала без умолку обо всем подряд, тщательно избегая темы последних трагических событий, и никому не давала вставить хоть слово, будто боялась, что именно об этом они и заговорят. Она рассказывала о травах, входящих в состав чая, который заварила им; о том, где эти травы растут и в какое время их лучше собирать; о погоде, о приметах, обещавших жаркое лето. Потом вдруг начала расхваливать длинную шелковистую шерсть Грома, сообщила о ценности собачьей шерсти и ее преимуществах перед любой другой. Услышав, что Варвара произнесла его кличку, пес подошел к ней, дружелюбно виляя хвостом, и склонил голову, позволяя себя погладить. Варвара потрепала его по загривку и вдруг с заинтересованным видом склонилась над псом: