Книга Тролльхол, страница 6 – Полина Луговцова

Рин собирается отправиться вслед за Фроей, чтобы сказать, что кофе можно выпить и на кухне, но та уже вплывает в просторный проем гостиной, лишенный дверей. Перед собой она катит сервировочный столик, уставленный угощениями, на верхнем ярусе дымятся две белые фарфоровые чашки, источающие божественный кофейный аромат. В мгновение ока стеклянный стол, так напугавший Рин, оказывается накрыт плотной белой скатертью с набивным цветочным рисунком и уставлен блюдами с закусками и выпечкой. Булочки с корицей так и притягивают взгляд. Коричный и кофейный ароматы смешиваются, дополняя друг друга, и Рин, добравшись до угощения, вмиг забывает о всякой неловкости.

За стеклянной стеной — судя по всему, раздвижной — плещется море. Небо затянуто серыми тучами, крикливые чайки носятся над водой, высматривая добычу. Со стороны пирса, где Рин высадилась на берег, стеклянных стен не было видно. И на фото, присланных Юханом, дом был снят с того же ракурса. Эта стена, прозрачная и совершенно невидимая, впускает внутрь много света, отчего создается ощущение простора, свободы и, как ни странно, безопасности. Тревога Рин понемногу рассеивается, мысли о чудовищах, обитающих в норах за домом, теперь кажутся нелепыми, а от непринужденной болтовни Фрои вскоре проходит и скованность.

— Вы заметили нашу крепость? Не то тринадцатый, не то пятнадцатый век, точно не установлено. Археологи спорят об этом до сих пор! — Фроя смешно таращит светлые водянистые глаза, указывая рукой, в которой держит булку, в противоположную от стеклянной стены сторону, где стоят диван и два кресла, словно крепость находится где-то между ними. — Этот объект хотели оборудовать для посещения туристами, но так ничего и не сделали. Местность слишком труднодоступная, вокруг полно мелких островов и подводных скал, в плохую погоду сюда не добраться, да и в хорошую нужен опытный проводник, способный провести судно к этому берегу. Их не так много осталось в здешних краях. На весь Тролльхол один Хуго, старый морской волк. Ни для кого не секрет, что он частенько выходит в море «под парами», — тут она многозначительно подмигивает Рин, — да и в пути не прочь подогреться глоточком-другим горячительного, но с курса не сбился ни разу. Это ведь Хуго доставил вас сюда из Бьёрхольмена?

Рин пожимает плечами, вспоминая рыжебородого мужчину в черной вязаной шапке, управлявшего катером. У него было задубевшее, словно брезентовое, лицо, кустистые брови и широкий белый шрам на подбородке.

— Он не назвал своего имени. Мы не беседовали, только поздоровались и попрощались.

— Точно, это он! Тот еще молчун! — Фроя энергично кивает. — В Бьёрхольмене есть еще несколько лодочников, которые знают водный путь, но они неохотно берут заказы на этот маршрут. Чтобы наладить паромное сообщение, властям придется расчищать морское дно, строить канал, а это нерентабельно, потому что жителей на Тролльхоле мало, и с каждым годом их становится все меньше.

— Почему же? Здесь так красиво!

— Люди уезжают, перебираются поближе к цивилизации. Вся инфраструктура от нас далеко, ни школ, ни больниц, лишь дом престарелых в западной части Тролльхола, но и тот почти пустой, наши старики туда не торопятся, хотя уход там отличный, да и хоть какое-то общение. Вот и отец мой прожил там в прошлом году несколько месяцев после смерти мамы, а потом вернулся домой и теперь часто остается один. Я, конечно, забочусь о нем, но это ведь не то же самое, что круглосуточный присмотр. И о доме престарелых даже слышать хочет, старый упрямец! Говорит, что лучше умрет в своей постели, и ему неважно, что без должного ухода это может случиться гораздо, гораздо раньше! — Фроя начинает волноваться — видимо, затронула свою самую острую проблему.