Книга Грязелечебница «Чаша Аждаи», страница 130 – Полина Луговцова

Люди встревоженно загудели, обсуждая это событие. Кто-то предложил выкопать могилу. Кто-то добавил, что место здесь как раз подходящее. Дрожащий женский голос прошептал с жарким придыханием:

— Надо же, совпадение-то какое!

— Не совпадение, а судьба, – возразили ей. – Иначе и быть не может.

Не понимая, при чем здесь судьба, Тияна более пристально взглянула на памятник перед собой и обомлела, прочитав имя умершей, выбитое в камне золотыми буквами.

Там было написано: «Тияна Лютич».

— Господь простил всех нас, грешных, и вы не держите зла, не мстите и не гневайтесь…

Едва зазвучал этот певучий мягкий голос, толпа мгновенно присмирела и затихла. Люди расступились, пропуская священника, приближавшегося к могиле и к распростертой на могильной плите Тияне. Мерно плывущая фигура, облаченная в конусообразную рясу, отразилась на поверхности надгробия.

Тияна продолжала в ужасе таращиться на буквы, недоумевая, кто и зачем установил здесь памятник с ее именем. И кто же, в таком случае, лежит в могиле?!

— Как ты себя чувствуешь, дитя мое? – Священник склонился над ней, заглядывая в лицо. Это был отец Сергий, который отпевал Йовану. Тияна ощутила душевный трепет от мысли, что он приходился Драгану отчимом, а ей – дедушкой. Увидев его, она чуть не разрыдалась от счастья, осознав, что ничего плохого с ней больше не случится, по крайней мере, сейчас, пока рядом с ней находится этот человек. Жители поселка не посмеют осуществить свои угрозы у него на глазах.

Отец Сергий говорил что-то еще, кажется, предлагал вызвать врача. Вместо ответа Тияна спросила:

— Почему здесь моя могила?

— Она не твоя, дитя мое. – Священник вздохнул, покачивая головой и невольно щекоча плечо Тияны кончиком седой бороды. – Взгляни на дату смерти. Усопшая, что покоится в этой могиле, отошла в мир иной задолго до того, как ты появилась на свет.

Посмотрев на цифры и убедившись, что отец Сергий прав, Тияна спросила:

— И кто же лежит в этой могиле?

— Моя дочь, – ответил священник так тихо, словно произнести эти слова стоило ему немалых усилий.

Пожалуй, сейчас Тияна была потрясена даже больше, чем в тот момент, когда прочитала имя покойницы на этом памятнике.

— Вашу дочь тоже звали Тияной? – зачем-то спросила она, хотя это было и так очевидно.

— Йована настояла на том, чтобы твой отец назвал тебя в честь своей умершей в младенчестве сестрицы. Они были близнецами.

— Но я никогда не слышала от отца о том, что у него была сестра, – произнесла Тияна, вспоминая недосказанную Петрой фразу, относившуюся к траурному платью Йованы: «Она хоронила в нем свою…»

Тияна так и не добилась тогда правды от горничной: та солгала, что платье было новым, и Тияне все послышалось. Теперь ясно, о ком шла речь.

— И что случилось с вашей дочкой?

— Это долгий разговор, а мне пора отпевать усопшую.

Тияна не сразу поняла, что отец Сергий говорит о Зоране. Потрясенная открывшимися фактами, она совершенно забыла о том, что оказалась на похоронах и спасалась бегством от похоронной процессии.

Отец Сергий вновь предложил вызвать врача.

— Лучше полицию, – ответила Тияна.

— Кто-то в опасности?

— Пациенты грязелечебницы. Медперсонал – это преступная банда.

Священник помрачнел и нахмурился, взгляд его стал тяжелым и задумчивым, словно обратился в прошлое. Помолчав немного, он неуверенно спросил: