Книга Лихоморье. Vivens lux, страница 125 – Полина Луговцова

«Вот и все, – обреченно подумала Тильда. – Какая ирония судьбы: узнать, что обладаешь крутым даром и имеешь власть над демонами, а потом сразу погибнуть, не успев его как следует распробовать!»

В лицо дохнуло жаром. Тильда попыталась схватиться за край, но лишь содрала кожу на пальцах. Ее тело продолжило нестись вперед, и пекло открылось перед ее взором во всем своем ужасающем великолепии: далеко внизу длинные языки пламени сплетались в изящном танце, жаркие, жадные и жаждущие принять ее в свои обжигающие объятия.

Траектория движения Тильды изменилась с горизонтальной на вертикальную: она падала. Оставалось лишь зажмуриться и ждать конца.

Но вместо огня вокруг ее тела обвились чьи-то сильные руки, и тотчас Тильда почувствовала, что быстро поднимается вверх. Через пару мгновений она вновь оказалась в Лунном чертоге, на безопасном расстоянии от края пекла, и смотрела на вымазанное сажей лицо Вольги. Он спросил с беспокойством:

— Как ты? В порядке?

Тильда опустила взгляд. Обгоревший подол юбки дымился и теперь едва достигал колен, но ожогов на коже не наблюдалось.

— Кажется, обошлось, – ответила она и удивленно уставилась на Вольгу. – Как ты… оказался внизу, в огне? Ты же стоял рядом с Боженой, когда я упала в пропасть!

— Способности Мортема, они теперь мои. Я много чего могу – летать, метать молнии, проходить сквозь преграды. В огне не горю и в воде не тону! – Вольга с невозмутимой улыбкой пожал плечами, словно не находил во всем перечисленном ничего особенного.

— Ты был в пекле?

— Да. Каменный великан сейчас там и вот-вот откроет глаз Вия. Он уже начал поднимать ему веко.

Тильда потрясенно ахнула.

— Надо немедленно остановить Виолу! – Она повернулась к сестре, та стояла на прежнем месте, продолжая петь, и ничего вокруг не видела. Тильда выкрикнула ее имя, но певунья никак не отреагировала, будто и не слышала ее.

— Блаватская лишила ее слуха! Она способна на такое! – раздался позади голос Руубена.

Финн и Якур, взъерошенные, в изодранной одежде, стояли посреди Лунного чертога, тяжело дыша. Рядом, возле ледяной колонны, сидели Блаватская и Осдемониум, спеленатые по рукам и ногам их собственными плащами.

— Надо же, догадливый какой! Я и не подозревала, что ты умеешь думать, – с ядовитой улыбочкой произнесла предводительница этерноктов, окидывая финна презрительным взглядом.

— Сними заклятие с Виолы! – потребовал Вольга, приближаясь к ней.

— У тебя мания величия, красавчик! Знаешь ли ты, что очень скоро она превратит тебя в ничтожество? Ты поплатишься за то, что присвоил чужой дар. Этот дар раздавит тебя, как букашку! Не по Сеньке шапка, как говорится.

— Сними заклятие! Я приказываю, слышишь?! – закричала Тильда во весь голос, и тот эхом пронесся под сводами Лунного чертога.

Блаватская виртуозно изогнула бровь, поворачиваясь к ней:

— Я не демон, чтобы ты могла мне приказывать, так что не утруждайся! Я человек, а человеку, чтоб ты знала, ничего нельзя приказать, у него тоже есть дар – это свободная воля. – Блаватская, довольная собой, расхохоталась.

— Но ведь ты заставила Виолу петь! – возразила Тильда. – Она бы не стала делать это по своей воле!

— Заставила? Нет, что ты! Всего лишь обманула. Глупышка считает, что освобождает из пекла свою мамашу. – Божена помолчала, довольно щурясь и наслаждаясь произведенным эффектом, а потом добавила: – Но я добрая и поэтому сниму заклятие с твоей сестрицы. Не веришь? Я тебе слово даю, что сделаю это, но не сейчас, а чуть позже, когда песенка будет спета. Уже недолго осталось.