Книга Свадьба в Чертолесье, страница 90 – Полина Луговцова

— Все будет ладно, все перемелется… Вы, главное, друг дружку держитесь, как две нитки в одном полотне, и, глядишь, все беды рассеются, как дым над печной трубой.

Она отвернулась и зашаркала прочь, ссутулившись и утирая платком мокрые глаза. Через мгновение ее заслонили новые желающие поздравить жениха и невесту. Этих желающих выстроилась целая очередь, которой, казалось, не будет конца, а тем временем в центре поляны назревало веселье. Гости, разомлевшие от сытной еды и бодрящих напитков, выбирались из-за столов и пускались в пляс. Посуда на столах подпрыгивала от их дробного топота, словно через поляну мчался табун лошадей. В воздухе разливались звонкие песни и частушки, переплетались разные голоса, кто-то бил в бубен, кто-то играл на гармошке, и в этом разгульном шуме отдельные слова тонули, как камни в болотной трясине.

Мирон и Алиса остались одни за опустевшим столом. Их взгляды скользили по лицам гостей и то и дело устремлялись к соседнему столу, за которым сидели Гордей и жрецы, не разделявшие всеобщего веселья. Две седые головы и одна лысая склонялись слишком близко друг к другу, и это могло означать, что почтенные старцы ведут важный разговор, который не предназначен для посторонних ушей.

— Такое впечатление, что они что-то замышляют, — шепнула Алиса Мирону, касаясь его локтя. — Мне не понравилось, как Гордей смотрел на меня, когда мы стояли у столба. У него глаза были такие холодные и… бездушные.

— Думаю, тебе показалось. Гордей бывает строг, но он добрый и мудрый, я с детства его знаю, — ответил Мирон, однако его голос прозвучал не очень уверенно. Он сжал кружку с квасом так, что побелели костяшки пальцев, и, помолчав, добавил: — Ничего не бойся. Я никому не позволю обидеть тебя.

— Не думаю, что они хотят меня обидеть, скорее… — Алиса собиралась сказать «убить», но замолчала, увидев Заряну, вынырнувшую откуда-то из-за ее спины. Та выглядела очень бледной, едва ли не белее подаренного Алисой свадебного платья, которое было на ней, а в ее огромных темных глазах горел лихорадочный блеск. Она присела на лавку рядом с Мироном и, придвинувшись ближе, быстро заговорила:

— У меня для вас важная новость, и она очень плохая. Только не пугайтесь и постарайтесь притвориться веселыми, а главное — ни в коем случае не смотрите на Гордея и жрецов, иначе они поймут, что мы говорим о них. Так вот… Я слышала, как они сказали, что невесту нужно отвести на капище и провести обряд очищения. Мирон, ты ведь понимаешь, что это значит! Они зарежут ее, как ягненка, и оставят на алатырном камне, а на следующий день сожгут на погребальном костре! Тебя же хотят связать и бросить в сарай, чтобы ты не помешал им совершить это черное дело.

— Не может быть… — Мирон сжал кулаки, но, следуя совету Заряны, улыбнулся, однако улыбка вышла слишком натянутой, как у бездарного клоуна.

— Выходит, я была права… — сказала Алиса упавшим голосом.

Заряна сжала ее руку и зашептала еще быстрее:

— У вас мало времени. Я слишком долго не могла к вам подступиться. Они могут начать уже скоро, хотят все успеть до заката, а значит, вам надо спешить!

— Куда спешить-то? — Алиса обреченно вздохнула.

— Не важно куда, главное — подальше отсюда.

— Если все, что ты говоришь, правда, то нам не позволят уйти. — Мирон покачал головой.