Книга Кровавая руна, страница 29 – Виктория Шорикова

— Я просто думала, что вы больше никогда не появитесь в нашем районе! – продолжила она. – А я хотела спросить, как вы теперь? Может, вам нужна какая-то помощь? Ведь ваш дом сгорел, – грустно добавила девушка.

— Нет, помощь мне точно не нужна, – невольно улыбнулся Алекс. – Не слишком ли позднее время для спортивной тренировки? Темно уже все-таки.

— Ой, ну что вы, – беспечно отмахнулась Адетт. – Здесь же все свои, кто меня обидит?

— Ну смотри, – покачал головой мужчина. – Кстати, а как братишка-то твой поживает? Его же, кажется, должны были выпустить досрочно.

После этого вопроса Адетт заметно помрачнела. На самом деле никому не было понятно, откуда у такой доброй и милой девушки, которая в жизни и муху-то не обидела, мог взяться брат-преступник. Причем не просто брат, а еще и брат-близнец. Алик, так его звали, с ранних лет занимался хулиганством и уже в шестнадцать первый раз привлек внимание полиции, попавшись на краже. С тех пор жизнь его пошла по известному пути. Он попадал в тюрьму за мошенничество и изнасилование. Кейн был прекрасно осведомлен об этой истории, так как сам работал в полиции. Плюс в данном случае речь шла о его соседях.

— Да, его выпустили, – без всякой радости ответила девушка. – Только тюрьма, кажется, совсем его испортила. Он в первый же вечер напился, стал злым, поругался со мной и мамой. А потом ушел в компании каких-то своих друзей, и мы даже не знаем, где он теперь находится. Надеюсь, что он просто веселится в баре, а не совершает что-нибудь плохое…

Алекс скептически взглянул на нее. Он подобных надежд не разделял и был уверен, что непутевый Алик в ближайшее время вернется туда же, откуда пришел, то есть в тюрьму. И хорошо, если в этот раз срок будет таким же недолгим.

— Ох, не хочу даже вспоминать об этом, – вздохнула Адетт. – Ну а как вы? – она осторожно коснулась руки Алекса. – Все же такое горе…

— Нормально, – сухо кивнул Кейн, которому совершенно не хотелось ни с кем обсуждать больную тему.

— Я надеюсь, что теперь вам станет легче, – продолжила девушка. – Вы так измучились, ухаживая за Айрин. Да, так будет легче для всех. Она тоже только страдала от этой жизни. Не понимаю, зачем вообще так жить?

— Что? – не удержался и вспылил Алекс. – Да какое право ты вообще имеешь судить о том, кому жить, а кому нет?

Он сам от себя не ожидал такой бурной реакции. Кейн резко оттолкнул девушку, так что она ударилась спиной о забор, рядом с которым стояла, и невольно вскрикнула.

— Никто, никто из вас не смеет ничего говорить о ней! – Алекс снова поддался воле эмоций и уже не мог остановиться. – Никогда, слышишь, никогда не смей говорить о ее смерти и вспоминать о ней! Это мое личное дело, моя жизнь! Никто из вас не смеет совать в нее свой нос и жалеть меня или осуждать! Я сам решу, как мне жить и с кем!

Лицо его буквально исказилось гневом. Адетт испуганно смотрела на него, явно не ожидая такой бурной реакции.

— Я… я… извините. Я не хотела, я не знала, – взволнованно забормотала она.

А Алекс почувствовал себя неловко оттого, что не сумел сдержаться, как и в тот раз во время драки с коллегой. Он попытался извиниться, но Адетт заторопилась и поскорее ушла. Кейн с тоской глянул ей вслед. Он не испытывал никакой личной неприязни к этой девушке, она просто попала под его горячую руку.