Книга Личная ученица Огненного лорда. Книга 2, страница 16 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

— Твоё желание — это уже половина дела.

Девушка медленно кивнула.

— Закрой глаза и представь, что тебе один день от роду. Для начала попробуй пофантазировать на эту тему — как бы это могло быть?

Фантазия раскачивает память, помогает разуму настроиться. Это первично. Затем можно пойти глубже, нащупав пласт настоящих воспоминаний. Главное — хотеть.

Ева выполнила указание, но, когда её глаза закрылись, я застыл изваянием. Слишком красивая, слишком притягательная — внутри поднимался новый ураган. Только бури допускать нельзя, иначе сорвусь и ничего не получится. Ева — это тот случай, когда нужно держать себя в руках.

Я не просто смотрел — я любовался! В какой-то момент напрочь забыв о том, что нужно давать инструкции. А очнувшись, выдохнул:

— Теперь попробуй пройти вперёд. Представь, что тебе не один день, а месяц.

Выражение лица Евы и до этого было не самым спокойным, а теперь в нём проявилось напряжение.

— Что-то не так? — спросил я.

— Всё не так, — пробормотала адептка.

— В каком смысле?

— Я даже фантазировать на эту тему не могу!

Она распахнула глаза, а я опять поплыл. Пусть на несколько секунд, но всё-таки. Эти ресницы, эти волосы, губы…

Ева поколебалась, прежде чем объяснить:

— Упираюсь в стекло. Оно плотное, совершенно непробиваемое.

Стекло? Занятно. На уровне первичной подстройки никаких стёкол быть не должно.

— Стекло — это самый распространённый образ восприятия собственных ментальных блоков, — сказал я. Ева не удивилась.

Мне же стало ещё интереснее. Блок? Почему Ева не удивлена?

— Попробуй продавить, — предложил я.

Ева поморщилась и призналась:

— Мигрень начинается.

Вот как? И кто же так постарался?

— Очень странно. — Подумав, я сказал: — В таком случае вариант один — нужно пробовать снова и снова. Не доводя себя до сильной боли, постепенно. Когда научишься хотя бы фантазировать, сможем пойти дальше. При должном упорстве этот блок рано или поздно уйдёт.

Ева посмотрела с сомнением и задала до неожиданного здравый вопрос:

— Это не опасно? Вдруг за стеклом скрыто такое, от чего мои мозги сплавятся?

— Блоки, которые несут прямую угрозу жизни или ментальному здоровью, никогда не открываются. При попытке их взлома подключается инстинкт самосохранения, а он сильнее любой магии. В данном случае — сильнее всего.

— Ясно, — пробормотала она.

Я же зачем-то добавил:

— Второй вариант нерушимых блоков — это добровольная кровная клятва. Но, будучи младенцем, принести такую ты точно не могла.

Ева посмотрела так, словно о подобной тонкости клятв и не знала.

— Полагаете кто-то заблокировал мою память? Но кто и зачем?

Хорошие вопросы. Ответы на них мне тоже хотелось бы знать.

— Надо выяснить, — отозвался я. — Если блокировка не несёт прямой угрозы жизни, то способ её вскрыть точно есть.

Тут я всё-таки перешёл в состояние концентрации, и настроение стало ещё более хмурым. Блок, о котором говорила адептка, просматривался только на «третьем», самом глубоком уровне концентрации. Захотелось кого-нибудь испепелить.

Зато вспышка злости ненадолго отвлекла от ощущения девичьей ауры… Но стоило вернуться в реальность, опять посмотреть на Еву, как меня накрыло с головой.

Встречу пора заканчивать, иначе сорвусь. Начну действовать вопреки здравому смыслу, приличиям и логике. Причём трусиками в этот раз точно не ограничусь, а подобный напор может привести к провалу. Ведь с точки зрения магии Ева одна из нас.