Книга Слово дракона, или Поймать невесту, страница 138 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

Забавно, что советник, как и я, упоминать факт пробуждения у дэйлиры драконьего сосуда не спешил.

Герцог совершенно искренне пожал плечами, зато герцогиня занервничала.

— Скорее всего это не имеет никакого отношения, — пробормотала она в итоге.

Мортингерский удивился не меньше нас:

— Что «не имеет отношения»? Ты о чём?

Леди опустила ресницы, покраснела.

— Я никому говорила. Скорее всего это ерунда, и я сама задумалась только прошлым летом.

Жадный до сложных задач Шорэм аж придвинулся:

— О чём задумались? Поясните.

— Хорошо, — ответила леди после заминки, — но предупреждаю, что это глупость. Понимаете, когда-то давно его величество Луи-Майрар-Койн подарил мне один артефакт и велел носить не снимая. Когда родилась Элия… — леди снова потупилась, — король был опечален. Но наш правитель щедр, он передал ценнейший артефакт Элии, и с самого рождения тот был с ней. Полагаю это ничего не значит. Но артефакт — единственное, что отличает Элию от всех остальных.

Понятного в этом признании было мало.

Не знай я историю рождения Элии, то вообще бы затряс головой.

Вот и Шорэма ответ не удовлетворил:

— Леди, мы можем побеседовать наедине? — попросил он.

Герцогиня испугалась. Посмотрела сначала на дракона, затем на мужа. Но мы зла не причиняли, причин опасаться, в общем-то, не было. А отказывать важным гостям тоже нехорошо.

Наконец, герцогиня решилась:

— Только если его светлость позволит.

Мортингерский думал недолго. Он кивнул, и леди, сопровождаемая советником, отошла в дальний угол холла.

Я же, пользуясь ситуацией, тоже попросил:

— Ваша светлость, можем и мы с вами перекинуться парой слов?

Миг, и на меня посмотрели остро. В противовес непонятному рассказу герцогини, взгляд Мортингерского оказался очень даже говорящим!

Конечно, я — дракон. Человек неспособен причинить мне вред — даже отравленный ножичек дэйлиры для меня почти безвреден. Но под взглядом будущего тестя я дрогнул! И сильно порадовался тому, что не настоял на более близком общении со своей парой.

Между нами были только поцелуи. В вопросе безмолвных обвинений герцога я был кристально чист!

— Конечно, ваше высочество, — взяв себя в руки и вероятно опомнившись, произнёс человек.

Мы тоже отошли, и я даже не стал накидывать полог:

— Я хочу рассказать вам о новостях, которые до вас ещё, вероятно, не долетели. О том, что случилось в академии. К Элии было применено двойное внушение.

— Что-о? — выдохнул Мортингерский шокировано.

— Да. Двойное ментальное внушение и попытка убийства.

Шок Мортингерского сменился бешенством. Кажется, у Тириса тэс Края и прочих фигурантов дела появился ещё один враг.

В нормальном пересказе история герцогини оказалась куда более понятной.

Луи-Майрар жаждал наследника мужского пола и, встретив мать Элии, решил провести эксперимент. Кто-то из особо ушлых торговцев подарил ему некий артефакт — старинный, необычный, ценный. Даритель заверял, что когда-то такие предметы применялись для зачатия и рождения детей мужского пола. Информация была неподтверждённой, но Луи-Майрара это не смутило, ради рождения сына он был готов на всё.

Король повесил артефакт на шею юной возлюбленной и та, повинуясь приказу, носила подвеску всю беременность.

Когда же вместо мальчика родилась девочка, король разочаровался. Но объявил артефакт наследством Элии и велел, чтобы подвеска всегда была при ней.