Книга Слово дракона, или Поймать невесту, страница 117 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

— Это она виновата, Элия. А я не виноват! Я всего лишь жертва! А Тирис и Томс…

Всё. Хватит.

— Тирис сделал два внушения, Томс передал тебе информацию о первом из них и подстрекал добиться Элии нечестным способом, — припечатал я. — Но именно ключ к внушению на страсть, произнесённый трижды, а в твоём случае четырежды, активировал приказ убить.

Лицо Салиса вытянулось, а его дружка и соседа по комнате явно затошнило. Так перенервничал? Что ж, это лишь начало.

— М-м-м… — начал временно онемевший Тирис.

— Молчи, — прошипел я.

Теперь мы знали всё кроме одного — неизвестным оставался мотив на убийство Салиса. Но мне он был неинтересен.

Зато Элия, как оказалось, хотела знать:

— Почему? — выдохнула моя леди. — Почему вы пытались уничтожить Салиса и меня?

Тирис дёрнулся, а я нехотя кивнул, давая Таону разрешение вернуть старику голос.

Тот и сказал. Причём уже без отрицаний и прочего ёрзанья. Ответил хрипло и довольно холодно:

— Тебя, Элия, на всякий случай — просто избавиться от орудия убийства и улики. А Салис-с-с… Ты ведь знаешь историю о том, как я стал… таким?

Речь шла об искалеченном, умирающем от болезней теле. Глядя в лицо этого «старика,» я видел, что когда-то он был красив. Возможно, ещё и статен, как его сын и наследник — Томс.

— Несчастный случай на охоте, в вашей юности, — тихо произнесла Элия.

— А кто? Кто спровоцировал этот случай? — выплюнул Тирис с ненавистью.

Короткая пауза, и вместо Элии ответил Салис:

— Отец не нарочно. Он не хотел. Это была роковая случайность. Вы же знаете!

Менталист очень медленно повернул голову, а Салис добавил растеряно:

— Вы ведь простили моего отца. Вы же с ним друзья. Вы…

Нет, Тирис не простил. Он затаился и все эти годы лелеял план мести. Салис, как мы успели выяснить, был единственным сыном своего отца, и старший тэс Малей не чаял в отпрыске души.

— Вы же… Он же… — продолжил лепетать Малей, который и сам уже понял. На лице старшего тэс Края при этом держалась гримаса такого отвращения, что отвернуться хотелось даже мне.

А ещё гроза наступала… Я почуял её до начала всей заварушки, и уже тогда понял, что тучи непростые. Времени оставалось всё меньше. Мне нужно… Нет, не подготовиться, а хотя бы прийти на встречу с Непроявленным вовремя — он ждать не станет. Кто угодно, только не он.

— Пора заканчивать, — в итоге сказал я.

Все вздрогнули, а в пространстве повисло этакое непонимание. Люди не могли просчитать как именно поведут себя драконы. Не знали, чего от нас ждать.

Мне самому хотелось просто убить — уничтожить всех троих и забыть об этом деле, но, будучи принцем, я понимал, что это неправильно. Моя расправа наступит позже и не в присутствии Элии — не собираюсь пугать собственную дэйлиру.

Более того, мне, как дракону, опять-таки не престало вершить суд над какими-то букашками. Судить их должен человек.

Поэтому я повернулся к Шорэму и приказал:

— Давай, доставай главного прокурора.

Сородич кивнул, и спустя миг из пространственного кармана Шорэма был извлечён ещё один погружённый в стазис человек.

Но прежде, чем вывести его из состояния безвременья, я прикрыл глаза, поменял обычный спектр магического зрения на примитивный, человеческий, и сосредоточился на трёх сосудах.

Для людей их скудная магия значит очень много, без магии они второй сорт — хуже столь презираемых некоторыми особами бастардов. Для драконов магия тоже не пустой звук, но мы, в отличие от людей, понимаем — чтобы владеть магией, нужно быть достойным. В Тирисе, Томсе и Салисе тэс Малее достоинства точно не было. А значит и права на магию быть не могло.