Книга Хочу котика. Алёшу не предлагать!, страница 11 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

— Что-то ты сегодня рано, Лесса.

— А! – Я неудачно дёрнула головой.

Ну вот, здравствуйте. Доброго утречка издержкам сидячей и довольно нервной работы. Шею заклинило, мышцы воротниковой зоны пронзила нестерпимая боль.

Вопль я, конечно, сдержала, но в темноту полетел снятый с ноги ботинок. Алёша, судя по звукам, увернулся. И тут меня настигло мантикорово возмущение:

— Эй, ты чего?

Чего-чего… Ничего. Я была уставшая, злая, с заклинившей шеей и без всякого желания общаться. Особенно конструктивно.

Зато у меня нашлись силы на то, чтобы, наконец, задаться вопросом – а зачем я этого соседа вообще терплю?

Наощупь добравшись до гостиной, я активировала магический включатель и, соответственно, светильники. Посмотрела на «котика», который таращился в полном непонимании, и, пройдя дальше, упала на диван.

Я посмотрела на Алёшу пристальней прежнего и выдохнула:

— Знаешь, а что-то в наших с тобою отношениях неправильно.

Мантикор не понял, даже невзирая на то, что я была предельно логична.

— Давай честно? – безапелляционное продолжение. – Мне тебя подсунули. И что мне с тобой делать?

Тут со мной попытались провернуть уже знакомый финт.

Лапки вместе, честные глаза, бровки домиком – я в очередной раз отметила, что мантикор невероятно обаятельный. Только на одном обаянии далеко не уедешь, мне требовалось действие!

— Хорошо. Чем ты можешь быть мне полезен? Ну, до тех пор, пока я не верну тебя в лавку ваших «магических существ».

Алёша пожал плечами. Причём это было не сомнение, а этакая молчаливая убеждённость в том, что полезность у «котика» запредельная. Мол, ты можешь этого не понимать, сопротивляться, а он, чисто из принципа, ничего не будет тебе объяснять. Рано или поздно сама поймёшь насколько неправа.

Но увы, я всегда была далека от столь высоких материй. Мне по-прежнему требовалось действие! Не надо пожимать плечами – сделай хоть что-нибудь.

— По дому работать умеешь? – спросила я. – Полы мыть, пыль протирать?

Мантикор фыркнул с видом профессионала.

— То есть сделаешь? – не поверила я.

— Вообще не проблема.

Я опять-таки не поверила и переспросила:

— Точно?

— Лесса, ну о чём мы говорим?

Вот теперь стало немного полегче. Не врёт. Честен. Что ж, значит можно жить.

Вопроса «когда приступишь?» не возникло – ведь понятно, что утром. Требовать незамедлительного выполнения обещаний было как-то глупо и я, зевнув, отправилась спать. Я успокоилась. Всё встало на свои места, теперь все при деле, никто не лодырничает, а что ещё для счастья нужно?

Для счастья есть всё! Кроме законченного, ввергающего в экстаз эссе.

Я проснулась раньше Алёши, и на то были объективные причины.

Дополнительное задание от редакции требовало от меня ни много ни мало, а подвига – вот этим подвигом я с утра и занялась.

Кухня. Обожаю это место. Но только когда там чисто и не нужно готовить! А этим утром всё было неправильно – пришлось снять с полки самую большую кастрюлю… Затем вытащить из холодильного шкафа купленную вчера говядину и приготовить бульон.

На этом простая часть закончилась и начались мучения. Рецепт, который требовалось опробовать, повергал в уныние – я резала овощи с самым искривлённым лицом.

После двух часов ужаса я отошла от плиты и, содрав с себя фартук, поняла, что сама пробовать новомодное блюдо не буду. Да и зачем, если у меня есть кое-кто, кто вчера всячески демонстрировал, что готов помогать во всём?