Книга Бриллиантовый холостяк. Книга 4, страница 32 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

Веник, так веник.

Коммуникатор, так коммуникатор.

Свидания, если Алексия согласится. Прогулки хоть утром, хоть под луной.

А если и в самом деле получится, то… ну хорошо будет, что уж. Только один непрояснённый вопрос – если Дрэйк решил свести Нэйлза с Алексией, то зачем упомянул при леди о его, Нэйлза, интимной жизни?

И почему не обрадовался, застукав обоих в ресторане?

А вызвав к себе в кабинет смотрел с этаким нетипичным напряжением?

Нэйлз нахмурился, пытаясь как-то совместить детали, но быстро плюнул. Заодно решил, что к Алексии отправится завтра. А сегодня, невзирая на всю важность вопроса, уж точно не до неё.

К сожалению, чуда не случилось, и из банка я вернулась добрая, как акула. Причём непростая, а голодная и учуявшая кровь.

Мне невероятно помог сопровождавший шпион. Не знаю что за ксива была у этого невзрачного мужчины, но именно она распахнула все двери. Она же развязала языки. Только какого-нибудь “забытого” Офелией счёта, на котором осели деньги от продажи земель, в Сберегательном банке не нашлось. Более того…

Живые свидетели сделки рассказали, как после пересчёта и осмотра драгоценностей всё это добро из филиала вывезли. Приехали инкассаторские кареты другого, уже не государственного банка – того самого, который разорился три месяца назад.

То есть на данном этапе след оборвался.

Я хотела казаться умной, но в какой-то момент не выдержала и задала управляющему прямолинейный вопрос:

— Как по-вашему, сколько времени нужно, чтобы промотать три миллиона?

Мужчина красноречиво рассмеялся.

Он подтвердил моё собственное мнение, и всю дорогу до особняка я чувствовала себя неадекватным маньяком. Руки сами тянулись вперёд, а пальцы скрючивались в желании выцарать глаза.

Жажда убийства стала главной причиной почему я не отправилась к Офелии сразу. Я свернула в собственные покои – хотела успокоиться и обрести адекватное состояние ума.

Голова должна быть холодной всегда! А уж в делах вроде этого тем более.

Итог: я заперлась, сбросила платье, приняла душ и, закутавшись в халат, упала на кровать. На ментальном плане сочувственно хмыкнул Арти – резерв поднабрался, и связь с главным спонсором моего перерождения возобновилась.

Эрон хмыкнул уже вслух – дедушка проявился и теперь вышагивал по моей спальне. К счастью, молчал.

Оба моих помощника никак не комментировали ситуацию, и я была благодарна, потому что любое слово могло стать искрой, вспыхнувшей на пороховом складе.

Стараясь расслабиться, я прикрыла глаза и включила диафрагмальное дыхание. Легче не стало, зато спустя несколько минут меня утащило в сон.

Виделось в этом нервно-коротком сновидении всякое. Перед глазами мелькали Дрэйк, бледный император, пышущий здоровьем Эпикур и сотрудники банка. А ещё Нэйлз и бесконечные бумажки. В реальности я открыла счёт и выписала доверенность на Хайса, а в своём бреду раздавала права распоряжения счётом практически всем.

Я транжирила деньги, которых не было, а проснулась от холодящей фразы, сказанной радостным Бертраном:

— Алексия, три миллиона.

Три. Миллиона. Я аж подпрыгнула. И не сразу сообразила где нахожусь.

Когда вернулась из банка, на город опускался сумрак. Теперь за окном сгустился хороший такой вечер – ещё не вязкая, но уже темнота.

И не зря говорят, что сон лечит – я чувствовала себя относительно бодрой и, главное, не такой злой. Теперь я была готова снимать скальпы под анестезией, а не наживую, как раньше.