Книга Любимая адептка Его величества 4, страница 65 – Яся Недотрога

Буквально метров десять – мелочь по здешним масштабам!

В этом пространстве умещались лишь письменный стол, кресло и утопленный в стене стеллаж.

И всё бы ничего, но тут я заметила мольберт. Он был накрыт покрывалом и стоял в самом неприметном углу.

Рыться в чужих вещах, конечно, нехорошо, но любопытство взыграло. Я прошмыгнула в кабинет, аккуратно приподняла закрывавшую мольберт тряпку и снова не выдержала:

— Что-о-о?

С полотна на меня смотрела… я. Сияющая, стройная, с грудой золота под ногами.

А над головой парили мерцающие шарики. И уж не знаю, что такого особенного в этом изображении было, но настоящие семена дара, дремавшие в моей ученической сумке, тоже заинтересовались.

Без всяких команд встрепенулись, вынырнули из кармашка и зависли напротив картины. Смотрели так, будто у них есть глаза.

Я же вспомнила рассказ Филинии, и…

— Так портрет не в Галерее, – протянула обличительно. – Он здесь. Георг его… – Нет, слово "спёр" со статусом монарха не сочеталось, и я исправилась: – Он его реквизировал.

Рядом кто-то чихнул.

Я вздрогнула как воровка, застуканная на горячем. Но оказалось, это всего лишь Жрец. Кот проследовал за мной и теперь смотрел снизу-вверх укоризненными такими глазами.

Обнаружив его, я очнулась. Вернула покрывало на место и спросила хмуро:

— Телефон хочешь?

— Мфрхгрф! – ответили мне.

Угу. И мяф, и хгрф. Только мне самой, простите, телефон тоже нужен. И вообще, это единственная вещь, которая связывает меня с родным миром.

— Бери свою подругу, – сказала Жрецу. – Мы возвращаемся в Академию.

Кошак состроил такую моську, что захотелось шлёпнуть тапком.

— То есть Академия тебе не нравится? – возмутилась я. – То есть во дворце тебе лучше?

Риторический, как оказалось, вопрос.

Просто в следующий миг раздался далёкий стук в дверь, а следом голос:

— Леди Маргарита, я могу войти? Время кормления питомцев.

— Входите! – крикнула я на автомате.

Сама вышла из кабинета и тут пронаблюдала ещё одну, уже не живописную картину. В спальню вплыл виденный ранее слуга с огромным таким подносом.

Жрец с Фиалкой сразу приободрились и, задрав хвосты, побежали навстречу тому, кто принёс обед.

На подносе было всё! И мясо, и паштет, и вода, и даже булка с маслом! Последняя, как выяснилось, предназначалась Фиалке. Кошка накинулась на булку с жадностью трёх голодных тигриц.

— М-да, – оторопело прокомментировала я.

Короче, эту парочку действительно разбаловали. И да, на их месте я бы тоже кривила нос от общаги.

Но! Фигвам, как говорится.

— Пожалуйста, подготовьте какую-нибудь сумку и небольшой запас еды, – сказала слуге я. – Коты переезжают.

Слуга не дрогнул. Остался тотально невозмутим! Но, когда выходил, я заметила как мужчина осенил себя благословляющим знаком.

Наверное, очутившись за дверью, он вообще станцевал.

Дворец я покидала нетипично. Крадучись! По коридорам для прислуги! Скрываясь ото всех!

Меня вёл тот самый личный слуга Георга, он же тащил сумку с задрыхшими после плотного обеда кошками. А наш отход координировали и прикрывали несколько гвардейцев из особой королевской стражи.

Причина? Да просто Георг не преувеличивал, когда говорил про королеву-мать!

Какая-то добрая душа сообщила леди Мирре о моём присутствии, и матушка Георга воспылала желанием обсудить "кое-какие детали предстоящей свадьбы".