Книга Сезон урожая, страница 36 – Бринн Уивер

— То же, что и ты, Нолан. Сливаюсь с толпой. Я поняла, что люди начнут болтать, если я не буду участвовать, особенно когда поисками руководишь ты. Помнишь, сколько сплетен было после нашего ужина? Здесь все кому не лень что-то вынюхивают. В прямом смысле, – говорит она, махнув рукой в сторону Королевы убийц, мерзкой зверюшки, которая тявкает с метрономной точностью на руках у миссис Эванстон. Как бы мне ни хотелось это отрицать, Харпер права. Люди не поймут, если она решит отсидеться дома, хоть я и не в восторге. – Отметилась, засветилась на минутку, а теперь можешь засунуть меня в какую-нибудь команду, где я буду делать вид, что мне не плевать на мужика, который дал Артуру в морду. Дело сделано.

— Здесь полчаса назад были репортеры, – предупреждаю я.

— Знаю. Они сейчас в пабе «Буй и маяк» – там ланч за полцены. Поверь, они заняты. Рулетики с омарами… – Она замолкает, театрально причмокивая, потом снова фокусируется на мне, и все ее веселье внезапно исчезает. – Обещаю, я исчезну, прежде чем они закажут карамельный крем на десерт. В общем, заскочила к тебе ненадолго. Кое-что случилось.

Я склоняю голову и щурюсь.

— Это как-то связано со свитером Техасского технологического, подставкой для благовоний или ножом?

Беспокойство, которое я видел в глазах Харпер мгновение назад, превращается в настоящий страх.

— Что?..

— Там твои вещи, да? То есть принадлежат той, другой тебе.

Она тяжело сглатывает, напрягая плечи.

— Да… но нет. Я не из-за этого…

— А. Значит, форум «Следопытов».

— Какого хрена?

— Что там? Кто-нибудь собирается нас навестить? – спрашиваю я, доставая телефон, чтобы посмотреть самому.

— Зачем ты там сидишь?

— Затем же, зачем и ты, конечно. Слежу за ними.

Я пролистываю до самых последних сообщений. Когда вижу имя пользователя, которое узнаю, и фото, которое помню из номера Сэма в гостинице, сердце в груди замирает. Харпер снята издалека, со спины, она уходит из «Магических микстур Майи» после нашей ссоры, после того как я устроил скандал из-за ее ожога. Боже, как же отвратительно я вел себя в тот день, подкалывал ее, что Артур – Убийца с пером, погубивший собственную дочь. Хотя до сих пор не верю, что он хороший человек, нельзя было так говорить – зря причинил ей боль.

Стараясь подавить чувство вины, я поворачиваю экран к ней.

— Сэм следил за тобой. А они, возможно, еще не знают, кто ты или почему была важна для его документалки, но полны решимости это выяснить. Что, если они подумают, будто ты имеешь отношение к его смерти, потому что он следил за тобой? Что тогда?

Я шагаю вперед, нарушая личные границы, но Харпер не отступает. Чем ближе я подхожу, тем прямее она стоит, и единственное, что удерживает меня от попытки высказать ей все страхи и опасения, – внезапное и непреодолимое желание утащить ее подальше в кусты и скрыться от посторонних глаз. И, кажется, она чувствует то же самое. Ее взгляд задерживается на моих губах дольше, чем нужно.

— Это лишь вопрос времени, если ты будешь на виду, – шепчу я, разрушая чары, потрескивающие в воздухе. – Мы оба знаем, что они едут сюда, Харпер. И если ты окажешься в центре поисково-спасательной операции, никакие ложные следы и подброшенные улики нас не спасут. Они найдут тебя.

Мы застыли, сверля друг друга взглядами, в безмолвном противостоянии. Между нами искрится ток и висит напряжение, словно вот-вот разразится гроза. Взгляд ее серебристых глаз острый, как лезвие. Она такая чертовски красивая, когда злится… Ничто не заставит меня возжелать ее сильнее. Ничто не причинит столько боли, как мысль о ее потере.