Книга Сезон урожая, страница 115 – Бринн Уивер

Вхожу все глубже и глубже, пока она не принимает каждый сантиметр. Замерев на секунду, позволяю ей привыкнуть к ощущению и жду, когда дыхание выровняется, затем наклоняюсь, целую ее в плечо и шепчу слова благодарности:

— Ты была создана для меня, Харпер. Твоя тугая задница – просто совершенство. Ты моя, навсегда.

Я выхожу до головки, снова вхожу, подбирая правильный ритм.

Медленные, осторожные движения, до самой головки и обратно. Я держу ровный темп, и Харпер стонет от удовольствия, становясь увереннее с каждой секундой. Мы никуда не торопимся, и я смакую то, как ее тело сжимает меня в ответ. Она внезапно хватает меня за руку поразительно сильно.

Вдруг я сделал больно? Однако, стоит ей повернуться, боли на лице не видно. Это отчаяние. Она кивает на вибратор-бабочку, который лежит рядом с ней на диване, и я включаю приложение, прежде чем передать игрушку.

— Трахай меня так, будто я бессмертна, – говорит она. – Просто попытайся.

Она прижимает вибратор к клитору, и я жестко вхожу в нее.

Сжав плечо Харпер, я делаю еще один мощный толчок, и она разражается чередой ругательств. Я вхожу так глубоко, как только может принять ее тело. Стоны становятся громче. Игрушка касается самых чувствительных мест. И я позволяю ей подойти к краю, замедляю движения и начинаю все сначала с долгими, медленными толчками. Снова и снова я подвожу ее к грани, сражаясь с собственным желанием излиться в нее, наслаждаясь тем, как она сжимает мой член. Хочется большего. Стонов. Мольбы. Пота, хриплого дыхания. И только когда она начинает умолять, я наконец сдаюсь.

— Пожалуйста, Нолан… – шепчет она. – Я готова сломаться. Мне это нужно.

Больше нет никакого контроля.

Ее задница сжимается вокруг члена, пока я вхожу снова, и снова, и снова. Она выкрикивает мое имя, рассыпается на осколки, все тело дрожит, напрягая каждую мышцу. Мы летим в бездну вдвоем. Электрический гул нарастает у основания позвоночника, и удовольствие прокатывается по мне, когда я изливаюсь в нее, вбивая сперму прямо внутрь.

Когда оргазм наконец проходит, ноги у меня дрожат, а в голове гудит. Я с трудом удерживаюсь, чтобы не рухнуть на нее, и осторожно выхожу, прежде чем упасть и утащить ее за собой.

— Ты в порядке?.. – спрашиваю я, выключая вибратор и проводя ладонью по ее покрасневшей заднице.

— Скоро обязательно повторим, – говорит она сквозь хриплое дыхание. – Скоро. – Усмехнувшись, я поворачиваюсь, чтобы взять салфетки и влажные полотенца, которые оставил на журнальном столике, но Харпер хватает меня за запястье. – Спасибо, Нолан.

— Тебе не нужно меня благодарить. Поверь.

— Нет. Нужно.

Она хочет сказать что-то еще, но прежде чем успевает убедить себя не делать этого, я улыбаюсь и ухожу.

Немного приведя Харпер в порядок, я укутываю ее в чистый халат, подхватываю на руки и несу в ванную. Мы ждем, пока она наполнится, под успокаивающую музыку. Я приношу Харпер воды и бокал вина. Зажигаю свечи. Когда ванна наполняется, я воздаю своей девушке почести – кладу на лицо любимую маску, затем провожу губкой по каждому сантиметру кожи. Руки и ноги, пальцы и пирсинг, чувствительный клитор. По сбивчивому дыханию понимаю, что она позволила бы мне вытащить ее из ванны и трахнуть на кафельном полу, мокрую и дрожащую, если бы я захотел. Член твердеет при одной только мысли. Однако, может, мне и нравится ее трахать, но заботиться о ней приятно ничуть не меньше. Потому что я люблю Харпер. И даже если она никогда не ответит взаимностью, уверен, в глубине души она чувствует то же самое.