Книга Академия Эвейл. Мечты сбываются, или каждому по чуду, страница 72 – Ринэя Грин

Луана медленно опустила руку. Мыльная пена соскользнула с тряпки и капнула на её ботинок, но она этого не заметила. Слова магистра «замерли в мертвой точке равновесия» отозвались в ней странной вибрацией. Впервые за долгое время ей не стало больно от упоминания магии. Ей стало… любопытно.

Она посмотрела на свои ладони. Неужели она не пуста? Неужели внутри неё просто установился этот страшный, неподвижный штиль?

— А теперь, — голос магистра снова стал деловитым, — откройте учебники на странице сорок два. Мы разберем аспекты…

Скрип перьев по пергаменту вернул Луану в реальность. Она встряхнула головой, прогоняя наваждение, и с удвоенной силой принялась тереть полку. Но где-то в самой глубине сознания, там, куда она боялась заглядывать, словно дрогнула тонкая корка льда.

Лекция давно закончилась, студенты разошлись, а месье Бужероль, заглянув в лаборантскую, удовлетворенно хмыкнул, оставил тетради на излюбленной третьей полке и вышел не попрощавшись.

Подсобница удовлетворенно выдохнула, вытирая лоб тыльной стороной руки. Лаборантская сияла. Каждая колбочка стояла на своем месте, полки были девственно чистыми, а на полу не осталось ни единого развода. Даже воздух здесь стал каким-то прозрачным. Она уже собиралась вылить ведро с грязной водой, которое стояло прямо у входа в лаборантскую, как вдруг…

Дверь из аудитории распахнулась с таким грохотом, будто в неё ударил разъяренный камнерог.

В дверном проеме вырос де Эскофье. Он выглядел так, будто только что вернулся с полигона: на куртке пятна сажи, от волос пахнет дымом, а взгляд — колючий и сосредоточенный. Он ворвался в маленькую комнатку, принося с собой запах гари и жар, который мгновенно съел всю ту морозную свежесть, которую Луана так старательно создавала.

— Месье Бужероль велел принести зелье «Пламя Саламандры», — бросил он, даже не глядя на Луану. — Срочно. На полигоне переборщили с ледяными щитами, нужно растопить трибуны.

Он шагнул вперед, и его тяжелый кованый сапог… с размаху угодил прямо в край ведра.

Луана вскрикнула, но было поздно. Грязная, серая вода, полная щелочи и пыли, которую она только что собрала со всех углов, широким веером выплеснулась на свежевымытый пол. Часть брызг долетела до нижних полок стеллажа, которые она терла последние полчаса.

Арно замер. Он медленно перевел взгляд вниз — на свои мокрые сапоги, на грязную лужу, растекающуюся по сияющему камню, и на перевернутое ведро.

— Вы… — Луана задохнулась от возмущения. Она стояла, сжимая в руке мокрую тряпку, и чувствовала, как внутри всё закипает. — Я же только что… да я все утро здесь мыла!

Арно наконец поднял на неё глаза. В них на мгновение промелькнуло нечто похожее на раскаяние, но он тут же взял себя в руки, сделав вид, что это не он вчера катал ее на санях и не с ней смялась так искренне и беззаботно, и его лицо снова превратилось в ледяную маску.

Он прошел через всю комнату, оставляя на чистом полу грязные, обугленные следы сапог, и начал лихорадочно рыться на полках, сдвигая аккуратно расставленные склянки.

— Осторожнее! — Луана подскочила к нему, пытаясь спасти хрупкое стекло. — Вы сейчас все перебьете! Справа, третья полка, за синим реагентом.

Арно схватил нужный флакон. Он на секунду задержался, глядя на её раскрасневшееся лицо и на то, как она дрожит от едва сдерживаемого гнева.