Книга Мои космические мужья, страница 88 – Леона Бьерн

Ноэль будто почувствовал это. Он остановился, прервал поцелуй и молча притянул меня к себе, обняв крепко и спокойно. И в этих объятиях мне по настоящему было хорошо.

«Ну здравствуй, моя истинная. Наконец-то этот мальчишка сумел договориться со своей совестью. Или просто не смог устоять, когда наша истинная так стонет, погружаясь в воду?»

Я улыбнулась. Это точно был тот самый «ковбой», который уже пытался прорваться ко мне. Лиар Ноэля.

«Привет, Ковбой», — мысленно ответила я.

«Ну не-е-ет. Ты не можешь дать мне такое имя».

«То есть я могу дать вам имена, и вы не будете против?»

«Не будем. А если объяснишь значение “ковбоя”, возможно, я даже не стану возражать», — это чудо почти мурлыкало у меня в голове.

«Ну, как бы тебе сказать…» — начала я, но в разговор тут же вмешался лиар Каэля.

«О-о, тебе понравится. Они смелые, дерзкие и безрассудные».

Я благоразумно не стала уточнять, чем ковбои занимались на самом деле. Исторических деталей до нас дошло мало, но книги я читала, и для меня это секретом не было. Забавно другое, что это слово сохранилось и в переносном смысле. Редко, но всё ещё употребляется.

«А какое имя мы придумаем тебе, ледяной?» — спросил Ковбой.

«Может, Норд?» — предложила я.

«Мне нравится, маленькая госпожа. Это же значит “север”. А на вашей Земле там холодно, верно?» — уточнил лиар Каэля.

«Да», — ответила я с улыбкой.

Они были совсем разными. Степенный, прохладный Норд и горячий, дерзкий Ковбой.

Ноэль Эрис

Я стоял на кухне и готовил завтрак на троих. Был уверен, что Каэль скоро проснётся от запаха еды. С ним это происходило неизменно. Стоило по дому разлиться аппетитным ароматам, и он почти мгновенно открывал глаза.

Пока на сковороде подрумянивались блинчики, мысли сами собой вернулись к утренним событиям. Проснувшись на рассвете, я решил освежиться в море. На Нимвеле ночи всегда были прохладными. Выйдя на улицу, я направился к воде, но вдруг услышал тихий женский стон. Я остановился, повернул голову и увидел картину, которая заставила меня на мгновение замереть.

Ари стояла в горячих источниках, погружённая в воду по грудь. Её глаза были закрыты, а на губах играла мягкая улыбка. По её выражению лица было ясно, что тепло источников приносит ей искреннее удовольствие.

Из воспоминаний меня вывел бодрый голос брата.

— Доброе утро, — сказал он, подходя ближе. Заглянув через моё плечо на плиту, он довольно улыбнулся. — О, мои любимые блинчики.

В этот момент из ванной вышла Ари и направилась к нам. Подойдя ближе, она поцеловала Каэля в щёку, затем легко провела рукой по моей спине и посмотрела на плиту.

— Блинчики я люблю. А у нас есть к ним какой-нибудь джем? — спросила она, вопросительно посмотрев на нас.

Она выглядела удивительно домашней. На ней был лёгкий сарафан нежно-зелёного цвета на тонких бретелях.

— Не уверен. Надо посмотреть в холодильнике, — ответил я, стараясь отогнать наваждение.

Её прикосновения были невероятно приятны. А лиар одаривал таким восхищением, особенно после нашего первого поцелуя в источниках.

Мы сели за стол завтракать. Пока Ари искала джем или хотя бы что-нибудь, что могло бы его заменить, Каэль сварил кофе.

Во время еды он время от времени бросал на нас внимательные, слегка лукавые взгляды. Было очевидно, что он понял. Между нами что-то произошло.