Книга Я тебя не любил..., страница 78 – Даша Коэн

— Опять у тебя женщина во всем виновата, Паша.

— Нет, но ни одной бабе не понравится, если ее принц на белом коне вдруг сядет на завалинку и примется самозабвенно ковыряться в носу, рассказывая о том, как на Руси жить тяжело. А затем отречется от всего и уйдет в холопы.

— Замкнутый круг?

— Нет, моя хорошая. Лишь безжалостная логика. сделала выбор — соответствуй ему. Ты выбрала своего этого бывшего мужа — роскошного самца, красивого и богатого. Ну так будь той, кого он захочет завоевать. А не ту, от которой снова съебется к любовнице, сверкая пятками. Все просто.

— Значит, я могу отказаться от всего и выбрать какого-нибудь Алешу в сандалиях и носках?

— Да, моя милая, можешь, — кивнул Сенкевич, — он будет радоваться тебе такой, какая ты есть. Ты будешь вязать по вечерам свитер под цвет его глаз, сидя подле него в кресле, пока он пьет дешевое кислое пиво, чешет пузо и жалуется на раннюю алопецию. Но это не твой путь.

— Почему? — нахмурилась я.

— Потому что ты уже распробовала мраморную говядину и к жалкой сое не вернешься, — щелкнул меня по носу Паша, а затем поднялся на ноги и завершил наш разговор. — Жду тебя у бассейна. Или в бикини. Или голую.

Развернулся и вышел из спальни, не закрывая за собой дверь.

Я же пожевала губу, снова перекрутила в голове все то, что мне сказал Сенкевич, а затем испустила долгий вымученный стон. Закатила глаза, а дальше все же потянула руки к чемодану. К бесконечному вороху цветных, летящих платьев и сарафанов. К невесомому кружевному белью. К изящной обуви. К микроскопическим бикини, которые больше не скрывали, а подчеркивали обнаженное тело.

Паша предусмотрел все. Не забыл даже про уходовую косметику, духи и средства гигиены.

Он поставил меня перед фактом — будет так и никак иначе.

И я приняла новые правила игры. Расплела косу и распустила свои длинные, ниже талии волосы по плечам. А затем надела ярко-алый купальник, сверху него накинула шелковое парео, сунула ступни в плетеные сланцы и шагнула в неизвестность, захлебываясь паникой и чувствуя, как тело гудит словно трансформаторная будка от нервяка.

Адреналин выжег кровь, и теперь только он курсировал по венам, заставляя меня сходить с ума от собственных поступков. Но я уже шагнула на горящие угли.

Причем давно. Осталось только пройти весь путь до конца, как бы тяжело это ни было.

Эх, была не была.

Мысленно приказываю себе представить, что я не здесь. Не на дорогой, частной вилле рядом с мужчиной, который дрессирует меня, словно обезьянку.

Я на сцене. У шеста.

Никого нет. И я буду танцевать для себя.

Мысленно включила свой любимый трек Рианны и вышла на огромный задний двор, где располагался бассейн, огромная двухместная тахта, пара лежаков и обеденная зона. Узкая дорожка из гладких, отполированных камней вела к морю. Я слышала, как шумели его волны, мерно набегающие на берег.

— Я думала, в этой части земного шара в летнее время всегда начинается сезон дождей, — замирая в дверях, произнесла я, старательно отводя взгляд от Павла.

Потому что таким я его еще никогда не видела.

Сибарит.

Черт. И он ведь почти голый! Только белоснежные шорты и все! Больше ничем этот шикарный мужик не прикрыт. Он вальяжно развалился на топчане, закинул руки за голову и жмурился, ловя косые лучи уходящего вечернего солнца.