Книга Спорим, тебе понравится?, страница 55 – Даша Коэн

— В прошлом году, когда ты ещё не училась здесь, Марта довела одну девочку до нервного срыва и больничной койки только за то, что она пару раз глянула в сторону Аммо влюблённым взглядом. Её даже не спасла протекция самого парня. М-м, Максимовская помешана на Рафике. До такой степени помешана, что уже вообразила, что они пара, которая сразу же после школы поженится и нарожает две дюжины херувимоподобных спиногрызов. Так что Рафик оказал тебе медвежью услугу, предложив свою, так называемую, помощь.

— Откуда ты знаешь, что он что-то мне предлагал? — осторожно прощупываю я почву, так как долго и упорно обдумывала то, что мне сказал Аммо, и решила, что моя персона не стоит того, чтобы лучшие друзья из-за неё ругались.

— А разве нет? — медленно улыбнулся парень и провёл языком по нижней губе, отчего мои внутренности испуганно скрутились в дрожащий клубок.

— Нет. Мы просто обсудили… кое-что, — замялась я и всё-таки смогла отвести глаза в сторону. Я ненавидела лгать и, наверное, не очень хорошо умела это делать.

— Я ревную тебя к лучшему другу, Истома. Адски! — сквозь зубы цедит он и словно поджигает во мне какие-то невидимые фитили.

Молчу упрямо. Потому что элементарно боюсь открыть рот и выдать себя с головой. То, как именно на меня действуют его слова.

Ой, ужасно всё это! Просто ужасно…

— Ладно. Зайду через заднюю дверь. Вероника, если тебе нравится Аммо, то ты сразу мне об этом скажи, чтобы я не питал призрачных иллюзий на твой счёт, окей? Зелёный вам свет, если так легли карты. А я просто уйду с вашей дороги, ведущей в светлое будущее, — вытащил руки из карманов и поднял их вверх, давая понять, что в таком случае пасует, — да, хреново мне будет, но я справлюсь, не переживай.

И я бы могла сейчас ответить утвердительно. Наверное. Вот только язык сказать подобную ложь не поворачивался. А потому я просто увела тему в другую сторону.

— Ты же говорил мне, что самоустраняешься.

— Ой, да брось, я просто был тогда на нервяке, вот и наговорил малость лишнего. Но я, как видишь, сейчас особо тебя и не напрягаю. Так, пришёл поболтать за кашу манную, за жизнь туманную, — и ещё одна пульсоучастительная улыбка расцветает буйным цветом на его лице.

— Извини, но я пришла в библиотеку подготовиться к проверочной работе по истории. Может, поболтаем как-нибудь в другой раз? — давая понять, что не планирую больше тратить на него своё время, я отвернулась и продолжила шарить по полкам в поисках нужной мне энциклопедии.

Вот только до Басова мои красноречивые сигналы все никак не доходили.

— Ты такая красивая, Истома, — его голос льётся как мёд, впитывается в мои рецепторы и обманчиво травит душу.

— К-хе, к-хе, — прокашливаюсь я, делая вид, что увлечённо читаю что-то в книге, хотя ровным счётом ничего не понимаю. А ещё я отчаянно краснею от его явно приукрашенных слов.

— Ты вся такая живая, знаешь? Настоящая. Тёплая и нежная, без болезненной худобы и этих грёбаных выпирающих ключиц и коленей, как у доходяжной скелетины. Ты невероятная! Как глоток свежего воздуха в бесплодной пустыне. Я просто тащусь!

— Ярослав, пожалуйста, прекрати, — во рту странно пересохло, и я прижала руку к животу, чувствуя, что там будто бы зароились бабочки, взлетая всё выше и выше.

— Как прекратить, скажи, Истома? Если я каждую чёртовую ночь вижу тебя во сне. А по утрам… по утрам я фантазирую о тебе… по несколько раз.