Книга Спорим, тебе понравится?, страница 187 – Даша Коэн

— Предлагайте, коль не шутите, — вскидываю я на него глаза, полные возмущения, и не верю в то, что вижу и слышу.

— О, я понимаю твои чувства, милая, — качает мужчина седой головой, — но и ты пойми меня правильно. Первое очарование быстро пройдёт, уж я это точно знаю, а потом мой внук расставит приоритеты правильно. В мире больших денег решают не жаркие эмоции и сердечные порывы, а власть и количество материальной выгоды от того или иного союза. Но ты можешь мне не верить, конечно, а потом спустя лучшие годы своей жизни и со слезами на глазах посмотреть на то, как Ярослав поведёт под венец другую девушку — равную себе по статусу.

И снова я молчу. Мне нечего сказать. Мне гадко. От этого человека и от себя самой, потому что я понимаю, что он может быть прав, чёрт возьми. С моей матерью, в конце концов, случилось то же самое. Поматросили и бросили. Она верила своему принцу, а он списал её в утиль при первом же неудобном случае. Сколько таких историй в мире, когда наивная, окрылённая любовью, фиалка поверила на слово и потеряла всю себя?

— Вероника, — берёт он в руки пухлый конверт, который всё это время лежал подле него, — здесь очень крупная сумма. И она будет твоя, если и ты будешь настолько дальновидна, чтобы верно оценить свои возможности. Благодаря этим деньгам, ты сможешь купить себе квартиру, автомобиль и безбедно жить пару лет, не думая о работе.

— Вот как? — улыбнулась я, но Басов-старший, очевидно, неверно растолковал мою реакцию.

— Я просто хочу сэкономить твоё время. А оно, как известно, бесценно.

— Вы так добры, — цежу я, не скрывая иронии, но этому наглому старику всё нипочём. Он за секунду меняется в лице и теперь больше напоминает кровожадного хищника, чем милого дедулю, ком был всего пару секунд назад.

— Бери его.

— Нет, — отшатываюсь я, — я люблю Ярослава.

— Любишь? Тогда не путайся у него под ногами, девочка. Дай ему возможность стать человеком, а не потонуть с тобой.

— Нет, — снова затрясла я отрицательно головой.

— Бери, Вероника, — наклоняется старик ко мне максимально близко и фактически шипит прямо в лицо, — иначе я воспользуюсь другими методами, чтобы вас развести. И будь уверена, они тебе не понравятся, детка. А уж что я сделаю с тобой, если о нашем договоре узнаёт мой внук, м-м-м…

— Вы мне угрожаете? — голос глохнет и срывается в панику.

— Какая же ты умничка, схватываешь на ходу, — кидает конверт рядом со мной, а затем снова усаживается поудобнее и улыбается, словно добрый Дедушка Мороз, — а теперь проваливай отсюда. И чтобы я тебя больше не видел и не слышал.

В это самое время дверь с моей стороны открывается, и я собираюсь позорно сбежать, но амбал не даёт мне этого сделать. Он угрожающе мне цыкает и кивает на злополучный конверт. Я тут же беру его в руки, боясь физической расправы, и обещаю себе, что обязательно выброшу его в первый же попавшийся по пути мусорный бак.

Я так и остаюсь стоять с пачкой денег в руках, когда представительский автомобиль всё-таки плавно трогается и неторопливо уезжает со двора.

Обтекаю.

Ноги не двигаются.

Горло забил ком размером с целую вселенную. Хочется рыдать в голос от страха, что у этого страшного человека всё получится и бежать быстрее к Ярославу, чтобы нажаловаться ему, а потом попросить растереть в порошок всех наших обидчиков. Несколько минут плаваю в киселе из собственных страхов, а потом всё-таки решаюсь на кардинальные меры. Достаю телефон и уже почти нажимаю на дозвон Ярославу, как тут же вздрагиваю, услышав своё имя.