Онлайн книга «Обещаю, больно не будет»
|
— А ты, что имел в виду? Она так смотрит на меня, что я решаюсь сыграть ва-банк. А что ещё мне остаётся? — Свидание. Пойдёшь? Молчит. Лишь улыбается, как Мона Лиза, чем поливает мои истерзанные нервы серной кислотой. — Ты просто не ответила на моё сообщение, и я подумал…, — ещё ближе к ней. Чуть прикрываю глаза и тяну носом её аромат. Улетаю из этой реальности в рай и не планирую возвращаться. Никогда! — Я потеряла телефон где-то в доме, а он разрядился, так что… — Так что ты не динамишь меня, да? Меня бьёт током, когда я вновь цепляю её взгляд. А затем нежно выцеловываю глазами каждую чёрточку её лица. — Вроде бы нет, — кривит она губы в подобии улыбки, а я против воли выпаливаю: — Ты такая красивая, Вероника. Замираем и таем в этой секунде. Дышим друг другом. Сходим с ума. Я — так точно! — Спасибо, — явно тушуется она и прикусывает нижнюю губу. А меня взрывает от этой её реакции. И так некстати сейчас тело даёт знать, что конкретно эта девушка, как никто желанна им. Низ живота обваривает кипящим свинцом, а по венам вместо крови начинает течь бурлящая лава. И только тут я замечаю, насколько убийственно для меня одета Вероника. На ней алая юбка, которую я бы мог задрать до неприличия высоко. На ней белоснежная блузка, которую я бы мог разорвать руками и зубами. И больше ничего, чтобы могло помешать мне добраться до её тела. До неё. И сожрать! — Пожалуйста, — сиплю я. — Тогда дай мне пару секунд, я только возьму сумочку. Ладно? — Я тебя три с половиной года ждал, Истома, — мои лёгкие протестующе скрипят, качая наэлектризованный нами кислород. А я слежу за её реакцией — спина напрягается, а затем снова расслабляется. И я устало выдыхаю — не налажал. И теперь мы идём в парк. В кино. Не на свидание или на него. По хрену куда, главное вместе. В лифте спускаемся друг напротив друга. Я горю. Одним за другим срывает с резьбы предохранители, которые ещё позволяют мне держаться на плаву вменяемости и адекватности, не превращаясь в одержимого зверя, который только и норовит, что вцепиться в свою жертву зубами и утащить в своё логово. Истома моего взгляда не выдерживает. Прячется. Краснеет. Планомерно добивает меня. Наконец-то покидаем замкнутое пространство. Я горд собой неимоверно, что не завалил её прямо там и не обожрался ею до пуза. Больное, влюблённое на всю голову животное! Уже на улице вручаю ей букет. Вроде нравится. Зарывается носом в нежные лепестки, а я им завидую. Я хочу, чтобы она также уткнулась мне в шею и дышала мной. БОЖЕ! Усаживаю её в салон, сам прыгаю за руль и открываю окна нараспашку, пытаясь хоть немного привести собственный покосившийся от запредельных чувств внутренний мир в порядок. Но куда там? Ведь рядом она, а я вижу её голые колени. Её тонкие пальцы, мучающие подол юбки. Её длиннющие ресницы, а под ними серо-зелёные глаза, которые украдкой меня рассматривают. Господи, пусть она делает это вечно! — Всё-таки парк? — улыбается Ника, когда я паркуюсь возле городского сада. — Ты против? — Нет. — Отлично, — киваю я и веду Истомину за собой в уже сгустившихся сумерках и вспыхнувших городских огнях. Мы покупаем сахарную вату. Катаемся на лошадях. Ждём, пока нам нарисуют весёлые карикатуры. Смеёмся над ними. Слушаем уличных музыкантов, которые так классно поют Носкова и его «Это здорово». Смотрим фаер-шоу. Стреляем в тире, где я выигрываю для Вероники джекпот: огромного плюшевого медведя, которого она даже не может поднять. |