Книга У тебя нет выбора, страница 228 – Даша Коэн

Развела в нерешительности руками, оглядывая пустую квартиру. А затем зависла во времени и пространстве, бездумно пялясь в окно, за которым наливался темнотой стылый октябрьский вечер.

Что было дальше?

Было свидание. Букет пионов. Вкусный ужин. Приятная беседа и не менее приятный мужчина напротив меня. Мы говорили об искусстве, литературе и немного подискутировали на философские темы. А еще я все два часа рядом с Константином Киреевым боролась с тем, чтобы громко не зевнуть.

Мне было скучно.

Мне было пресно.

А еще меня раздражало в этом мужчине буквально все: его голос, его запах, манера поправлять волосы и попытки дотронуться до моей руки. Ему повезло, что они так и остались бесплодными, иначе, наверное, я бы окончательно не сдержалась и просто ушла по-английски.

К концу вечера меня будто бы высосал какой-то кровопийца.

Мне еще никогда не было так плохо...

Но причин этого странного состояния я не понимала. Я бесконечно спрашивала у себя: что не так? Чего мне не хватает? Ведь все на предельный максимум хорошо: Костя умный, тактичный, понимающий и деликатный. Он не такой, как Панарин. Он не скажет в лоб, насколько потерял от меня голову. Он станет угрожать тем, что у меня нет выбора, кроме, как сдаться ему со всеми потрохами, потому что он меня хочет. А значит, обязательно получит.

Костя — человек. Не монстр!

Он тот, кто мне нужен!

Я сжала под столом подол своего платья так сильно, что ткань едва ли не лопнула. А затем я не выдержала и протяжно вздохнула, понимая, что на полной скорости несуся куда-то в никуда.

— Настя, ты в порядке? — мягко спросил Киреев, очевидно, наконец-то замечая мое разбитое состояние.

— Да, — кивнула я и улыбнулась, — в полном.

— Я делаю что-то не так? — спросил мужчина, а мне прямо тут же захотелось расплакаться. В голос!

Потому что нет — он делал все так! Все, как надо! Он был идеальным!

Просто магии не случилось.

Верно?

Бабочки отказалось летать. Мурашки поленились вспыхнуть и осесть электрическими всполохами по телу. Кровь, заполненная ледяной шугой, отказывалась кипеть. А сердце билось ровно, не видя причин для того, чтобы срываться с цепи.

— Все хорошо, Костя, — пожала я плечами.

— Все хорошо, но третьего свидания не будет, верно? — скривился он, все прекрасно понимая, а я с облегчением выдохнула и предпочла больше не тратить время Киреева понапрасну.

И кивнула:

— Да.

— Почему?

— Если бы я знала…, — я прошептала это и почти до крови прикусила щеку изнутри, презирая себя за то, что не чувствовала того, что должна была чувствовать.

Должна, черт возьми!

Что ж...

Благо вечер закончился цивилизованно. Меня поблагодарили за честность и посадили в такси. От поцелуя в щеку я вежливо отказалась. Не смогла.

А уже будучи дома, захлопнула за собой дверь, сползла по ней вниз. А там уж и расплакалась.

Почему?

Ответа у меня не было...

Настя

— Ты выглядишь счастливой, — произнес Панарин в воскресенье вечером, когда привез мне Киру.

— Я и чувствую себя таковой, Сережа, — кивнула я, заставляя себя врать. А еще уговоривая не выцарапывать этому мужчине глаза, потому что именно его я винила во всех своих бедах и неудачах. В том, что во мне выла какая-то иррациональная безнадега все выходные, а теперь, когда он стоял передо мной во всей своей ослепительной и такой обманчивой красе, я за секунду вспыхнула, как стог сухого сена.