Книга Геката. Умереть, чтобы жить, страница 36 – Марина Альте

Услышав, как привезли пиццу, девушка поспешила спуститься, но перед этим переоделась. Сменив джинсы на легинсы, а рубашку на удлиненную футболку она спустилась, вниз ощущая, как по дому разошелся приятный аромат свежевыпеченного теста, томатов и сыра.

Во рту накопилась оголодавшая слюна.

— А вот и ты! — пропел отец, распаковывая коробки с пиццей и ставя перед Эмили большую тарелку, — Только хотел звать тебя, но видимо, запах съестного позвал тебя раньше.

На шутку папы девушка ответила привычным молчанием, и налив две кружки холодного сока, себе и отцу, села за стол.

С краю стояла целая гора газет, собранный наверняка за весь прошедший год, но еще не скоро окажется в мусоре. Как и все, что стояло на полках в старой кухне, прихожей и гостиной. Пока Эмили отрывала себе несколько кусков душистой пиццы, она на полном серьезе подумывала заняться здесь уборкой, выбросить старые вещи, что-нибудь заменить. Раз уж все равно ей придется здесь остаться на год!

Пицца и правда манила своими ароматами, поэтому не в силах долго держаться, Эмили откусила большой кусок свежего мягкого теста.

— А я говорил, что столовая в школе так себе…

— Это уж точно! — не без брезгливости ответила дочь, тщательно жуя, — Это ваше знаменитое полезное питание?! — насмешливо заявила та.

Старик засмеялся, искреннее и добродушно. Бородатое лицо просветлело, и Эмили на секунду оцепенела, глядя на отца.

Наверное, он был совсем неплох в годы, когда они с мамой любили друг друга, — подумала Эмили и вздохнула, — Хотя, я его совсем не помню.

Темные волосы уже давно прорезались сединой, брови стали густыми, а глаза совсем старыми и потухшими, но иногда ей удавалось увидеть в них блеск, в основном, когда они беседовали вот так вот, непринужденно, словно бы все это время жили здесь душа в душу.

Но она не могла себя долго обманывать и тут же, становилась равнодушной и холодной, совсем как сейчас.

Эмили отвела взгляд к себе в тарелку и принялась уплетать пиццу, стараясь больше не допускать мыслей об отце и их взаимоотношениях.

— Как первый день в новой школе? — решил он вновь начать разговор, но Эмили, жуя, безмятежно пожала плечами, — Что совсем, ни чего интересного?

Ей вдруг захотелось сказать:

Как в клинике для душевно больных, — но она проглотила кусок пиццы, который с трудом прошел в напряженной глотке и ответила:

— Как и в любой другой.

Она бросила беглый взгляд на отца. Он перестал жевать и смотрел ей в лицо, очевидно жаждая продолжения беседы, но Эмили не нашлось чего еще добавить к вышесказанному, ведь обсуждать странности одноклассников с отцом ей хотелось меньше всего.

— Появились друзья?

— Это был первый день.

Отец закивал, словно бы только вспомнил:

— Да, конечно…

Настала неловкая пауза. Эмили делала вид, что занята, поеданием ужина, папа то же старался сильно не докучать своим вниманием. Когда с пиццей было покончено, отец продолжил:

— Говорят, что нынешние выпускники очень… — мужчина замолчал, обдумывая, но вскоре заявил, — Очень несносны…

Девушка глотнула сока и звонко поставила кружку на стол.

— Не без этого!

Его слова заставляли Эмили поежиться на стуле, вспоминая Дмитрия и Влада, которые вели себя очень странно, но, несносны…. Нет, это не про них. Все они были едва ли не самыми лучшими учениками школы. Ни каких претензий, ни каких упреков.