Книга Лис. Тени моего сердца, страница 22 – Марина Альте

Этот его взгляд, манера держаться даже в таких условиях, а еще его развязный язык!

Идиот!

— Задержанный в обезьяннике, — сообщает Вася, как только пересекает порог кабинета.

— Замечательно», — отвечаю я, а мысленно добавляю:

«Этой горилле там самое место!»

— И что ты так к этому мужику прицепилась? — в голосе Васи явный интерес.

В надежде, что напарники поймут, отвечаю:

— Я просто чувствую — он опасен!

— Подумаешь, сожрёт лишний килограмм протеина, это не преступление! — смеётся тот в ответ.

Стреляю в Васю взглядом, смех резко стихает, словно я в его горло вбила кляп. И я могу! Так что парни знают — меня бесить не стоит. Хотя нет. Виталий, кажется, решил проверить мою стрессоустойчивость:

— Просто нашей «ледышке с погонами» не понравились его подкаты!»

Мой карандаш метко летит прямо в Виталия, врезаясь в его плечо, и жаль что это всего лишь карандаш а не копьё!

— Ауч! — он заканчивает ржать. — Это факт вообще-то! Ты бы видела своё лицо!

Нет, спасибо! Мне хватило внутреннего отвращения!

Да, со своей внешностью при работе с маргиналами разного рода я могу написать полное собрание «пахабных предложений». И ещё недавно мне казалось, что меня фривольными репликами уже не зацепить, но этот тип…

Фамильярность этого верзилы, переходящая все границы, превращается в липкую, осязаемую пошлость. Даже связанный наручниками, сидящий в комнате допроса, он умудряется изрыгать не просто мат, а сальные, тошнотворные комментарии, от которых хочется вымыть руки с хлоркой!

И этот его взгляд… дерзкий, похотливый, снова стоит перед глазами. От одного воспоминания по коже бегут колючие мурашки, поднимая волоски по телу.

Вася шумно отхлебывает остывший кофе, выдёргивая меня из этих мыслей.

— Жаль, что отрубание языка отменили, этому извращенцу-переростку лучше было бы без него! И кое-кому ещё! — выпаливаю я, бросая взгляд на Виталия.

— Эй,… я вообще-то на твоей стороне! — тот вскидывает руки, почти сдаваясь, но в глазах лукавый огонёк, который сулит мне продолжение этих идиотских шуточек ещё пару месяцев.

И перспектива перевода в охрану какой-нибудь дыры уже не кажется такой ужасной!

Зажмуриваюсь, собирая мысли в кучу, но они ни в какую не хотят собираться. Разбегаются по углам, оставляя мерзкий осадок от сегодняшнего дня и чувство беспомощности перед этим верзилой.

— Ну, и что дальше? — Виталя плюхается на стул, он жалобно скрипит от старости и веса мужчины. — Что мы на него ищем?

— Любую информацию, которую можно раскрутить.

Вася на моё заявление тихо вздыхает. Кривит губы в насмешливой гримасе, словно уже сейчас понимает, что мой план провалится. По его лицу видно — он не в восторге. Собственно, как и Виталий.

И я их понимаю. Мы ищем иголку в стоге сена, на минном поле, жонглируя собственными погонами. Или если быть точнее — непосредственно моими.

Если мы на этого «шкафа с секретами» ничего не найдём, Зотов от меня точно избавится! И это заставляет действовать. Откопать в месиве в голове хотя бы одну умную мысль.

— Возьми его данные, — обращаюсь я к Васе. — Сходи в архив, поройся в бумагах. Может, он фигурировал где-то ранее.

— Есть», — без энтузиазма отвечает младший лейтенант.

Когда Вася уходит, я снова смотрю на Виталия. Смотрю как на последнюю свою надежду. Он бросает на меня взгляд, но делает вид, что не видит. Хотя, судя по напряжённым его плечам, он уже понимает, что сейчас будет что-то очень плохое.