Книга Убить любой ценой, страница 61 – Марина Серова

— А что тебя заставило это сделать, Тань? — спросил Владимир.

— Кристина пообещала рассказать мне о подслушанном ею разговоре после ужина. Но этого не произошло, потому что ее отравили. Я была готова допустить, что Кристину отравил Александр. Но потом подумала, что Александр не мог дать горничной фужер с отравленным коктейлем, потому что он находился в столовой и никуда из нее не выходил, — объяснила я.

— Но ведь ты, Тань, только что сказала, что считаешь, что преступник действовал не один. Что их было как минимум двое. Так вот. Разве этот самый охранник Никита Решетников не мог подменить фужер? Да запросто! Он вышел из дежурной комнаты, в которой следил за камерами видеонаблюдения, чем-то отвлек горничную и в это время подменил фужер, — представил свою версию произошедшего Владимир.

— Да, если преступник был не один, то такой вариант вполне возможен, — согласилась я с ним.

— Кстати, а почему ты не рассматриваешь вариант с супругой Свирестельникова? — спросил Владимир. — Она ведь тоже заинтересована в том, чтобы в силе осталось старое завещание.

— Ну, если рассматривать кандидатуру Елизаветы Аркадьевны, то тогда следует прежде всего допустить, что это она испортила тормозную систему, чтобы ее супруг попал в смертельное ДТП. Но, знаешь, у меня как-то не получилось представить, как эта дама перетирает патрубок. Нет, как-то что-то не сходится, — сказала я.

— Ладно, предположим, что супруга Свирестельникова ни при чем. Тогда кто еще остался? Если мы исключили дочь бизнесмена Маргариту, его супругу и сына, то кто остается? — Владимир посмотрел на меня.

— Ну, если просто перечислять всех обитателей особняка, то остаются друг Александра, Григорий, садовник Кирилл Матвеевич, повариха Валентина Викторовна…

Я остановилась.

— И что, это все? — спросил Владимир.

— Нет, в особняке еще живет помощник Константина Свирестельникова — Владислав Проскурниченков. Ну, он что-то вроде секретаря, помогает в бизнесе, — объяснила я.

— Так, а что с ним? — спросил Владимир. — Его ты тоже занесла в «черный» список подозреваемых?

— С ним, понимаешь, Володь, какая история получилась. Владислав сам подошел ко мне и рассказал о том, что вечером, накануне ужина, он, Константин Свирестельников и Илларион Преображенский прогуливались по парку, и вдруг Владислав обнаружил, что за кустами и деревьями кто-то стоит и подслушивает. Ну, он кинулся туда и мельком увидел убегающего человека. И вроде бы этот убежавший был похож на охранника Никиту Решетникова, — сказала я.

— И ты решила, что этот Владислав заслуживает доверия? — скептическим тоном спросил Владимир.

— Ну, не то чтобы… Хотя да, ты прав, Володь. Нельзя исключать Владислава из списка подозреваемых. В принципе, и Иллариона Преображенского тоже нельзя сбрасывать со счетов, хотя он вроде как пострадавший, ведь на него было совершено покушение, — сказала я.

— Вот хорошо, что ты, Тань, напомнила мне об этом Преображенском. О его ранении имеется любопытная информация, — сказал Владимир.

— Да? И какая же? — спросила я.

— Оказывается, в него был произведен выстрел с очень близкого расстояния. Почти в упор, — сказал Владимир.

— Ты это серьезно? — удивленно спросила я.

— Нет, я шучу, — делано обиделся Кирьянов. — И врач, который осматривал Преображенского, и баллистик — все в один голос утверждают, что стреляли с расстояния в один шаг. Ну, максимум два шага, не более.