Книга Миллион смертных грехов, страница 43 – Марина Серова

— Войдите.

Открыв дверь, я увидела просторное помещение, в котором за офисным столом сидела молодая и очень красивая светловолосая девушка с бейджем с именем Валерия.

— Здравствуйте, — сказала я, — мне необходимо поговорить с Арсением Валентиновичем.

— Как мне вас представить и по какому вы вопросу? — спросила секретарь.

— Меня зовут Татьяна Александровна Иванова. Я частный детектив, занимаюсь расследованием исчезновения Иннокентия Александровича Перемысленникова, — сказала я.

Секретарь кивнула и, открыв дверь кабинета управляющего с табличкой «Стародубников А. В.», вошла внутрь. Вскоре она вышла и пригласила:

— Проходите, пожалуйста, Татьяна Александровна, Арсений Валентинович вас примет.

Я вошла в кабинет управляющего предприятием «КерамикПлит». Это было просторное помещение, обставленное современной офисной мебелью.

Сам Арсений Валентинович Стародубников выглядел солидно: аккуратная стрижка, ухоженные руки, деловой костюм безупречного кроя. Лицо гладко выбрито, темные волосы слегка тронуты сединой. Стародубников держался уверенно и спокойно.

— Здравствуйте, Арсений Валентинович, — поприветствовала я Стародубникова.

— Здравствуйте, — мужчина слегка наклонил голову. — Прошу, присаживайтесь, — пригласил он и спросил: — Чем я могу вам помочь, Татьяна Александровна?

— Я занимаюсь расследованием исчезновения Иннокентия Александровича. В связи с этим мне необходимо задать вам несколько вопросов, — сказала я.

— Я вас слушаю.

— Скажите, могло ли исчезновение Перемысленникова быть связано с тем, что ему угрожали, и поэтому в целях безопасности он вынужден был скрыться, чтобы сохранить свою жизнь? Такой вариант возможен? — задала я первый вопрос.

Стародубников слегка откинулся назад:

— В принципе, такое могло быть, конечно.

Управляющий сделал паузу.

— Но я подобных сведений — о том, что Иннокентию Александровичу кто-то угрожал, — не получал, — продолжил Стародубников. — То есть Перемысленников ни о чем таком мне не говорил.

— Но ведь у Иннокентия Александровича наверняка имелись конкуренты? Или же те, кто затаил на него обиду, скажем, и решил поквитаться за какие-то старые дела? Я имею в виду то время, когда он находился на военной службе. Могли ли его недоброжелатели решиться на его убийство? — спросила я.

Стародубников немного поморщился.

— Вряд ли. Иннокентий Александрович строил свои отношения с другими предпринимателями на основе взаимного уважения. Поэтому никаких всплесков недовольства со стороны конкурентов я даже и не припомню. Как правило, все было вполне благопристойно.

Стародубников улыбнулся, но улыбка вышла несколько натянутая.

— Значит, с конкурентами Перемысленников, по вашим словам, ладил?

— Можно и так сказать. Во всяком случае, держался в рамках дозволенного, — снова улыбнулся Стародубников.

— Ну хорошо, а если копнуть его отношения с бывшими сослуживцами? Может ли ниточка тянуться еще с тех давних пор? — задала я следующий вопрос.

— Татьяна Александровна! Помилуйте! Ну откуда же мне могут быть известны такие подробности прежней жизни Иннокентия Александровича?

Управляющий развел руками. Я поняла, что ничего конкретного Стародубников мне не скажет.

— Арсений Валентинович, я поняла вас. Но скажите мне еще вот что: вы являетесь совладельцем «КерамикПлит»? — спросила я и пристально посмотрела на Стародубникова.